Не стой под моей стрелой, или Инквизитор попаданке не указ!

И не стыдно ему самого герцога — это ведь к герцогам принято обращение «ваша светлость»? — принимать в таких «хоромах»?

Мои мысли прервали громкие распоряжения свите или соратникам по оружию. Едва резкий высокомерный окрик утих, как воздух пронзило вызывающее ужас рычание. Видимо, на время, пока его светлость будет разнюхивать, нет ли чего подозрительного в лачуге, подчиненные занялись организацией отдыха для волков. И кажется, тем не сильно нравится внимание со стороны людей.

Шаги прогромыхали над головой.

Сквозь щели в швах между досками мне прямо на шею посыпался песок. В носу защекотало. Только не это! Только бы не чихнуть! Для организма, хватанувшего в который раз пусть и экологически чистой, но пыли, это был явный передоз.

— Наслышан о вашем скромном убежище.

— Вот как? Не думал, что кого-нибудь интересует эта халупа.

— Халупа, расположенная у самого входа в портал, через который проходят разряды магии, не интересует только идиотов, толье Т'Ондторриль.

Ответом на категоричное заявление была тишина.

А мне показалось, что я вижу, как Массиус скептически приподнял бровь и сверлит взглядом инквизитора.

Щекотание в носу усилилось. Как не вовремя! Шаги над головой затихли. А я судорожно принялась натирать переносицу. На Земле этот способ если не убирал чихание, то делал его менее звучным.

— Так по какому вопросу, ваша светлость, вы изволили посетить мои владения, — с ударением на местоимение «мои» спросил отшельник.

А он мне начинает нравиться. Не заметила я сразу в нем твердости.

А она есть.

— Мой артефакт зафиксировал мощный всплеск магии. Потусторонней. Магическая буря снова притащила человека из другого мира. И сейчас он в ваших владениях, — с ударением на слово «ваших» произнес инквизитор.

— Ульбьернви син Лординьенн тоже зафиксировал перемещение между мирами разумного существа?

— Не удалось с ним поговорить. С сегодняшнего утра Первый Императорский маг слаб сильнее обычного. Ивис Лординьенн неотступно находится при отце и немедленно сообщит, когда тот сможет вернуться к своим обязанностям.

— Уверен, если бы повторилось попадание чужака в наш мир, он бы это почувствовал и нашел бы силы доложить.

— Не знаю, не знаю. Маг очень слаб и его мнением придется пренебречь. Мне ли вам рассказывать, толье Т'Ондторриль, что искра внутри слишком чувствительна не только к внешним, но и к внутренним энергетическим колебаниям. Многие из нас в периоды слабости теряют чувствительность к магическим всплескам.