Окрылённая неудачей

В нише между пилястрами с громким скрежетом остановилась клетка из жёлтого металла. Дверца клетки открылась сама собой, приглашая войти внутрь.

Каспар двинулся вперёд, но тут же застыл, разрываясь между желанием пропустить даму внутрь первой и желанием самолично проверить агрегат на наличие ловушек. Это был не первый раз, когда он пользовался лифтом, но доверять ему мужчина не спешил.

Ада приняла решение за него, смело ступив внутрь клетки. В конце концов для нее такой способ передвижения не был чем-то диковинным.

— Ну чего ты растерялся? Заходи! — она едва удержалась от соблазна похлопать себя по бедру для пущей убедительности.

Каспар недовольно поджал губы, но последовал ее примеру.

— Я уже начал забывать, что ты и сама колдунья, — тихо сказал он.

В его голосе проступила уязвленность, и Ада почувствовала укол совести. Когда-нибудь она обязательно расскажет ему правду… Но только не сейчас, ведь правда точно не сделает Каспара дружелюбнее, а оказаться закрытой лифте с разъяренным рыцарем было не самой приятной перспективой.

Сама клетка лифта была низкой, узкой, и совершенно точно не рассчитанной на габариты Каспара. Бедняге пришлось согнуться в три погибели, перенеся часть веса на руку, ухватившуюся за резную решетку клетки чуть выше адиного плеча. Со стороны это выглядело не очень благообразно. Хорошо, что их никто не видел.

Дверь клетки снова по волшебству закрылась, и лифт с лязгом пришел в движение.

Не считая тарахтения механизмов, в кабине повисла неловкая тишина. Каспар старался не смотреть вниз на девушку и с поддельным интересом разглядывал завитки на резной дверце.

Аде тоже пришлось несладко. Она вжалась в холодную решетку, чтобы уберечь себя и своего спутника от неловких соприкосновений. Лиф ее наряда оголял спину, и металлические завитки неприятно впивались в кожу…

Голая спина? Так вот, что было не так!

Ада опустила взгляд вниз и поняла, что на ней надето вовсе не то, во что она оделась вчера на ночную вылазку.

Девушка ощупала себя, желая иметь хотя бы косвенное представление о своем внешнем виде. Ткань под ее пальцами сочетала в себе нежность легкого шелка и грубость богатой вышивки. То там, то здесь шуршал бисер и мелкие пайетки.

Топ заканчивался под грудной клеткой и оголял живот.