Окрылённая неудачей

Их становилось все больше и больше, и вот уже редкий дождь превратился в косой ливень, пенными потоками стекающий по грязным улицам. Центральная площадь опустела. Перепуганные горожане, визжащая детвора, торговцы и мальчики в балахонах прятались все вместе под скатами крыш и сетовали на превратности погоды. Ада, сидевшая верхом на коне, была абсолютно беззащитна перед гневом природы и потому мгновенно промокла до нитки. Остановившись у здания штаба городской стражи, Каспар распустил своих людей, едва перекрикивая раскаты грома, а затем помог своей вымокшей спутнице опуститься на землю.

На этот раз она не сопротивлялась, но и от места под плащом тоже отказалась. Сильнее ей уже не промокнуть, а чужая жалость ей не нужна.

— Командир! Вас в кабинете, это самое, важный гость ожидает! — просипел стоявший на вахте стражник, как только они вошли в здание.

Каспар снял с себя плащ и шлем, сунул их Северину и проследовал на второй этаж. Ада невольно переглянулась с пареньком и по его обескураженному лицу поняла, что тот тоже не имеет представления, о каком таком госте идет речь.

Они оба не стали мешкать и двинулись следом.

Гроза будто по волшебству сменила день на ночь. Время едва перевалило за полдень, но в коридоре второго этажа, освещенном единственным узеньким окном, было темно хоть глаз выколи. По деревянной крыше настойчиво и глухо барабанила вода. Иногда в окне сверкала молния, на секунду заливая призрачным светом голые стены. Ада не напоролась ни на один угол только потому, что следовала за знающим дорогу оруженосцем.

Он двигался в темноте так проворно, что они оказались у дверей кабинета коменданта вместе с его хозяином.

Каспар решительно распахнул дверь и тут же застыл, позволяя девушке заглянуть через руку в комнату. Каменные стены содрогнулись от раската грома. Холодная вспышка проявила загадочную картину.

Комната была уставлена клетками разных размеров, в которых истошно вопили, бились и извивались десятки невидимых живых существ. В тусклом свете свечей посреди комнаты стояла одинокая женская фигура, одетая в дорогое платье.

Услышав скрип двери, она вздрогнула, ухватилась за жемчужное колье и с грацией загнанной лани обернулась на звук.

— Гретхен! — выдохнул Каспар и зашел в комнату.

— Яспер! — женщина отняла руку от жемчугов и протянула ее мужчине. На вид гостье было ненамного больше тридцати, но дорогой наряд и витиеватая прическа, покрытая кружевной вуалью, говорили о ее высоком статусе.