Синдром второстепенного героя

Не то что бы люди мечтали услышать критической разбор их личности, внешности, ума и привычек.

Миссис Реган никогда не узнает, что желтый ее старит, картина в ее гостиной безвкусно-вульгарная, а ее совершенно наигранный «препарирующий» взгляд выглядит нелепо и не производит желаемого эффекта - если только она не желает выглядеть глупо.

Мистер Реган останется в блаженном неведении, что аккуратно разложенные на столе «умные» книжки буквально кричат о желании казаться умным - и вызывают жалость, а не уважение. Я бы на его месте их убрала куда подальше.

Если дядя Рез от кого-нибудь услышит, что остатки волос лучше сбрить, потому что зачесать их так, чтобы не было видно залысину, уже не получится - то это точно буду не я!

Сама я в плане внешности предпочитала даже не стараться. Я не смыслила в моде, и любая попытка выглядеть стильно выглядела бы скорее жалко. Как будто я хочу кому-то понравиться, но получается из рук вон плохо.

Но вот в том, что касалось моих знаний и навыков… Я не прощала себе промашек.

В любом случае, представить, что я могла бы пойти в даже самое паршивое издательство с пустыми руками и выставить себя легкомысленной дурой после первого же вопроса о причине со мной сотрудничать?

Я ненавидела действовать бездумно. Не проверить в курсовой на всякий случай каждое чертово слово, включая предлоги, по словарю, чтобы случайно не написать диссонанс вместо резонанс? Ни за что на свете! Меня передергивало, даже когда подобные казусы происходили с другими.

Я уже поняла, что без хоть какого-нибудь результата меня на порог дома не пустят. Уж не знаю, что матери взбрело в голову, но не расстраивать же? А идти ни с чем и позориться я не собираюсь. Пусть мне откажут, но никто не посмеет подумать, что я совсем уж идиотка без берегов.

Я распахнула двери сыскной части с солнечной улыбкой.

- Всем здравствуйте!

Местный сыск встретил меня дружелюбно, тут же расспрашивая о делах семейных, столичных, на личном фронте и карьерных перспективах. Мне налили чаю, всунули в руки слойку с малиной, и я добродушно отбрехивалась минут двадцать, уплетая булку. Хайдес сидел рядом и совершенно естественно вставлял то тут, то там пару фраз. Я успела в него повглядываться за сегодня и, на удивление, не нашла ничего, к чему можно было бы прицепиться.