Академия исчезающих факультетов и другие ледяные неприятности

– Обдумывай мое предложение, а пока надо разобраться, что в точности случилось.

– Может, мы перенеслись в соседнее помещение? – неуверенно спросила Эвенвуд.

Она шмыгнула, и мне стало ее жаль. Девушка всё еще берегла руку. Наверное, та здорово болела. Да и, в конце концов, Эвенвуд хоть и многообещающий будущий ученый, она всего лишь молоденькая девушка. Сомнительно, что в юности она так же мечтала о приключениях и опасных путешествиях, как я.

Поколебавшись, я подбадривающе положил ладонь ей на плечо. Надеюсь, она не сочтет это проявлением неподобающих чувств между коллегами.

– Это не соседнее помещение. Свой кабинет я узнаю даже в таком виде. И боюсь, мы попали в тот же день, из которого переместились в прошлое. По крайней мере, если не день, то неделя должна быть та же.

К моему удивлению, Эвенвуд, снова шмыгнув, кивнула.

– Вы это поняли по банкам?

– Да, – подтвердил я.

Внимательность и сообразительность девушки приятно удивляли. Честно говоря, я не слишком много времени уделял аспирантам, привыкнув, что получать ученую степень на факультет артефакторики обычно идут те, кто недостаточно хорош для других факультетов.

Тем не менее Эвенвуд догадалась посмотреть даты выпуска и сроки годности, подписанные на особых чистящих средствах. Названия компаний были привычными – значит, в мире ничего не изменилось. Пейзажи в окне тоже были прежними. Шел тот же самый снег крупными хлопьями. Студенты, выдыхая облачка пара, спешили на занятия, ругались, поскальзываясь на льду, и похлопывали себя по бокам от холода.

Можно было не сомневаться, что мы в своем времени. Разве что никаких признаков недавнего взрыва не было – ни запаха гари, ни дыма.

Наклонившись, я быстро собрал в чистую тряпицу осколки песочных часов и высыпавшийся из них серебристый песок. Спрятал в сумку и проверил сам артефакт. На золотистой поверхности коробки ни царапины – но и ни намека на то, что эта штука вообще работает.

Вновь разбирать прибор я не решился и добавил его в сумку, аккуратно положив рядом с осколками. Затем приоткрыл дверь и осторожно выглянул в коридор.

Лепота! Таким ухоженным факультет, кажется, не был никогда. Во всяком случае, на моей памяти. Полы аж блестят, на стенах уже кто-то начал развешивать бумажные гирлянды. Мне прямо стало неудобно.

Главное, что в нем было пусто. Ну, почти.