Ты, я и магия

Вот есть же специальные средства для укладки а-ля разлохмаченной морским бризом. Ну так вот, мне они не понадобились, я выглядела именно так, и абсолютно естественным образом. Натуральность и стиль – моё всё!

― Э… Кира? – только и сумел выдавить Кизарран, а я отмахнулась, беззаботно тряхнув шевелюрой, мол, так всё и задумано.

― Не обращай внимания, всё хорошо.

― Но у тебя кровь, – Ник перехватил поднос, взял полотенчико и осторожно промокнул мои боевые царапины.

― Она слишком любит нюхать розы, – на полном серьёзе заявил кот.

– Крайне романтичная девушка. Как розу увидит, сразу несётся обнюхать, никакие шипы не остановят. Такая целеустремлённость!

― Язык прикуси, а то не видать тебе ужина, – прошипела я, наклонившись к кошачьему уху. Но кого бы смутила моя угроза…

― Кстати вот про ужин! – оживился усатый и скосил глаза на поднос. – Это моя еда?

Ник вздохнул, цокнул языком и кивнул.

― И чем будешь кормить? – не унимался черныш. О, кстати, надо же как-то звать это недоразумение с хвостом.

Он весь чёрный, только белая звёздочка на лбу. Супер, имя придумалось.

― Что дам, то и съешь, не борзей, – процедил Никрис, взял меня под локоток и повёл обратно.

― Ой, какие все нервные и грубые, никакого воспитания, – закатил глаза найдёныш и принялся что-то там бормотать по-кошачьи.

Очень медленно и в полном молчании мы дошли до моего номера. Когда проходили мимо слабо освещённых окон Нэзы, занавеска чуть дёрнулась. Ясно, караулит, чтобы жениха не увели.

В комнате Ник поставил поднос на комод, и котяра сразу сиганул ближе к вожделенной еде.

При этом умудрился опрокинуть вазу, благо, воды там было на донышке, так что только салфетка на подносе пострадала.

― Да уймись ты уже! – прикрикнул мужчина, и кот обиженно зашипел.

― Голодный я! – прорычал мелкий, почти как лев. – Еды дай, потом женихайся. Хотя, вообще-то, ты номер перепутал!

― Тебя забыл спросить! – Ник снял блестящую серебристую крышку и поставил на пол тарелку с тушёным мясом. – Ешь и умолкни!

Я разочарованно вздохнула.

Так красиво выглядел поднос, что воображение уже начало рисовать романтический ужин на двоих… А всё досталось коту.

Взяв розу и вазочку, пошла в ванную за водой. Не люблю, когда цветы погибают.

― Кира… – Кизарран шагнул следом, и в проёме тут же нарисовалась любопытная кошачья морда. А кто там с голоду-то помирал? Ник, будто почувствовал свидетеля, не разворачиваясь, захлопнул дверь, за которой раздалось недовольное ворчание.