Фея чистоты

Наверное, потому, что попасть в Лондон было давней мечтой. Темза. Викторианская Англия, кебы, туманы, Джек Потрошитель — романтика!

Тех, кто проникал сюда, именовали «скользящими». Как именно человек вдруг попадает в зазеркалье, этого никто, по мнению Уилла, не знал, но кое-что о последователях Льюиса Керрола жители Дан-Лана всё же выяснили опытным путём, а именно: отражения наделяли «попаданцев» магией. Непредсказуемой и неконтролируемой, но в большинстве случаев, как это ни странно, безопасной.

Во всех отражениях (наш мир, между прочим, не исключение — так здесь считают) водятся феи. Да, да, именно «водятся». Фей боятся. Они обладают очень сильной магией, из-за чего жители Дан-Лана вечно у них в долгу.

Подданные Ганглии в большинстве своём слепо следовали букве закона, и это притом, что судебный порядок был более чем жесток. Один прокурор чего стоит! Если судья, лорд Говард, был похож на свинью, то тот — на шакала.

По решению суда меня отправят подальше от подобных «блюстителей порядка» — и на том спасибо. Жаль, придётся расстаться с Уиллом. Прокурор просил для меня полной изоляции (сволочь!), судья же был другого мнения. Непрозрачно намекнул, что с таким феноменом, как я, ему необходимо познакомиться поближе и погоризонтальнее.

Гад! Мерзкий свин, не в обиду ожившему парику будет сказано.

— «Год под надзором», — прочитала я, получив, наконец, все необходимые документы.

Уилл, видимо, решил, что это у меня нервное. Отчасти он был прав — сказывалось напряжение последних дней, но... Горничная?

— Ха-ха-ха-ха... Ой, не могу... Охх... И... И что ж я делать-то теперь буду, а?

— Вас это угнетает?

— Угнетает? Именно. Именно угнетает, Уилл... Господи! За что?! Ну, что я тебе такого сделала, а?

Я подняла лицо в свинцовое небо Дан-Лана, всей грудью вдохнув свежего воздуха — мы вышли, наконец, из душного здания! Вот только со свежестью были, как бы это помягче сказать, проблемы.

Слова в отражениях менялись, но выборочно. Англия превратилась в Ганглию, Лондон — в Дан-Лан, а Темза осталась Темзой. Почему? Не знаю. Кто их разберёт, эти отражения?

— Вы же... женщина, — прервал молодой человек мои размышления.