Магия большого города. Провинциалка

Почему-то мне кажется, что климат по другую сторону океана куда мягче, чем у нас, иначе с чего им делать транспорт практически без боковых стенок?

В газетах писали, что наши инженеры пытались застеклить и утеплить верхние этажи, но такие бусы быстрее выходили из строя и поглощали больше брикетов, чем стандартные, потому решено было выпустить модель как есть. Дальше уже проблема потребителя.

Не хотите мучиться – заработайте на авто или же возьмите его в кредит. Некоторые банки даже взяли лозунг на вооружение и периодически разбрасывали листовки с рекламными проспектами как раз на вторых этажах энбусов.

Воровато оглядевшись и убедившись, что меня не видно с остановки, я провела ладонью по сиденью, сгоняя лишнюю влагу, и тут же уселась, прикрывая место преступления юбкой.

Второе подряд заклинание дало побочный эффект – кончики ногтей потемнели, словно я долго копала грядки. Полюбовавшись на специфический маникюр, я пристроила клетку рядом с собой, отгородившись ею от ветра и дождя хотя бы с одной стороны.

Промокшее пальто неприятно липло к телу, пропитывая грязной жижей и платье под ним. Я оглядела пустые сиденья – никого – и, запустив одну руку под полу, принялась поглаживать толстую ткань. Вокруг меня заклубился пар, смешиваясь с наползающим снизу туманом. Грязь снять таким образом не выйдет, это нужно полноценно сосредоточиться, сесть и наложить плетение посложнее, но хоть изнутри просушу.

Тучи постепенно растекались в стороны, улица светлела, будто запоздало вспомнив, что едва миновал полдень и до ночи еще далеко.

Хотя что это я? Наверняка нарочно.

Однотипные кирпичные коробки спального района, по три-четыре этажа, снова уступили место разнообразию. То тут, то там в распогодившееся небо взмывали настоящие небоскрёбы. Читая сводку новостей, я смутно представляла себе их величие, зато сейчас поняла, что название им дали не просто так.

Мерно покачиваясь, энбус катился по улицам, что становились все оживленнее. Скорее всего, со стороны я полностью соответствовала неприятному прозвищу, данному мне блондином – деревня. Рот мой открывался сам собой при виде очередного чуда архитектуры.

Бус свернул на одну из улиц-окружностей, и мимо снова замелькали жилые дома попроще.