Сердце Владыки морей

Так, словно это не вода наполняет мои лёгкие, а вполне привычный кислород. Осознание, правда, пришло, когда я наконец решила захлебнуться окончательно, и не получила должного эффекта. Но пришло же.

Это было очень странное чувство, если честно. Противоречащее всему моему пониманию мира, разрушающее все знания о биологии живых существ.

— Ты в порядке? – обеспокоенный голос Хару разнёсся по толще воды, исходя не из его клыкастой пасти, а от вибрирующих рогов.

Я, всё ещё борясь с желанием беспомощно барахтаться, испытывая ужас перед утоплением, попыталась что-то ответить.

К сожалению, не вышло. Я попробовала ещё раз. Но голос, в отличие от меня, всё-таки мог утонуть. Его попросту не было слышно. И как быть? Вот бы и мне такие эхолоцирующие рожки. Тогда-то я бы ответила этому морскому чёрту насколько я в порядке после его сюрпризов. Надеюсь, хоть взгляд мой что-то выразил за меня.

— Ладно, нам осталось недалеко, цепляйся. – мне была протянута лапа размером с моё туловище. Наверное, Хару хотел, чтобы я на неё встала.

Жаль, что не могу уточнить этот вопрос.

Делать было нечего. Я взялась за лапу, и была аккуратно сжата в тисках острых драконьих когтей. А затем наше родео продолжилось. Теперь меня удерживал сам Хару, но от этого спокойнее не становилось. Если с полётом на невменяемой высоте я за час кое-как смирилась, то плаванье почти у дна, куда едва проникает свет, было чем-то из ряда вон выходящим.

В воде дракон чувствовал себя ничуть не хуже, чем в воздухе. Он всё так же изящно вился вперёд, создавая за собой спираль из пузырьков, и не сбавлял скорости.

Я развернулась спиной к движению, и уткнулась носом в мягкую лапу. Так было проще переносить сильное сопротивление, которое создавалось нашим плаванием.

Краем глаза успела заметить, как мы вошли в узкий шероховатый тоннель, ведущий в никуда. Серьёзно, впереди была пустота. И только едва различимое свечение от чешуек Хару, да небольших кристаллических наростов по стенам давало возможность осмотреться.

Как ужасно быть условно немой. Столько хочется спросить, узнать, а не получается. И это гнетущее чувство не покидает меня уже почти полтора часа. На этом фоне переживания по поводу рабства отчасти отошли на второй план. Хотя по поводу него у меня тоже была куча вопросов.

И каково же было моё облегчение, когда мы наконец вынырнули в большой подводной пещере.

Я гадко откашлялась от воды, набившейся в лёгкие, и наконец задышала нормальным привычным воздухом.