Сердце Владыки морей

— Постойте, господин, я уверен, что хоть одна вас заинтересует. – главный похититель явно пытался держать деловое лицо и казаться уверенным в себе бизнесменом, но страх перед драконами делал своё дело.

Тот второй, поразивший меня своим голосом, бросил на работорговца снисходительный взгляд. Да, будет очень жаль, если этот мужчина всё-таки решит оставить нас на растерзание второму, чёрно-красному. А ведь он выглядит более лояльным и адекватным. Тоже высокий, тоже с тёмными волосами, на свету блестящими чернённой медью, с умиротворяющими переливами в светло-голубых глазах.

Он одет не менее шикарно и богато, но хотя бы не в военную форму. Скорее более празднично, как тот первый, что попался нам у выхода с аэродрома. Надеюсь, внешность в данном случае не обманчива.

— Боишься не потянуть ещё парочку к своим шести? Или сколько там у тебя осталось? – грубо поинтересовался огнеглазый. Судя по голосу и тону, он не зря носит мундир. Так обычно разговаривают командиры и повелители.

В ответ на колючку второй дракон улыбнулся.

Но сделал это ТАК мило и ласково, что я почувствовала, как от тревоги леденеют пальцы.

— Что ты, мои женщины нужны для души. Мне вовсе нечего скрывать их количеством…

Дракон в форме резко встал. На его лице тоже скользнула какая-то кривая злая улыбка. Она не внушала страха, но предвещала какие-то неприятности. Хм, может быть, если у него много женщин в гареме, сбежать от этого мужчины будет проще, чем от того, которому они для души?

— Господин Сион… - попытался было встрять работорговец, обратившись к вставшему.

Но тот и бровью не повёл.

— Умерь свой пыл хотя бы в такой замечательный день. Или всё-таки слухи – правда? – улыбка голубоглазого стала гораздо более миролюбивой, но какой-то такой… хитрой… От неё всё равно было немного не по себе.

— Слухи… - протянул Сион, глубоко, медленно вдохнув. – Неужели даже ты… - прикрыв глаза и так же медленно выдохнув.

Я на секунду поверила, что Сион правда успокоится и сядет назад в своё дурацкое кресло.

Но нет. Разгладившееся от эмоций лицо, застывшее камнем, говорило совсем о другом.

В один момент это существо обратилось. Я не поняла, как всё произошло, когда человек в невообразимой метаморфозе превратил своё тело в тело громадного пепельно-чёрного ящера. Дом был слишком хрупким, чтобы вместить в себя кого-то такого размера и не рухнуть. Нас разметало в разные стороны. Но что-то невидимое окутало меня барьером, когда я как мошка была впечатана в стену.