Как же я тебя ненавижу

Так надо! Отступать нельзя!

Со стороны проходивших мимо школьников послышались смешки, быстро переросшие в дикий хохот. Ожидаемо. Правда, Розалин дернулась к ним, собираясь наброситься на них разъяренным зверем.

– Не обращай внимания, – прошептал я ей на ухо, притянув к себе за локоть.

– Сам не обращай!

Она стрельнула в меня убийственным взглядом и высвободила руку. Видимо, волнение не обошло ее стороной. Баллард ускорила шаг, отделяясь от нашей команды, и выглянула из-за кулис на сцену, где выступали школьники.

А лосины не на всех смотрелись ужасно. Тянущийся материал плотно прилегал к телу, тем самым подчеркивая стройность ног Розалин, удлинял их, выделял упругую… Я закатил глаза, поражаясь самому себе. Это ведь не девушка, а мелкая поганка, пигалица, мерзавка, Баллард, в конце концов.

– Там полный зал людей! – вернулась к нам моя соседка. – Вы как хотите, но я отказываюсь в этом участвовать.

– Слабачка, – фыркнула Ивайна ей вслед.

Я же в три шага догнал Розалин и развернул к себе.

– Если не выйдешь на сцену, то весь год в твоей комнате и во всем доме будут стоять саманы. Я найду способ и посажу их перед домом, под твоим окном, за домом, возле дорожки, чтобы они были везде. Даже твоя одежда пропахнет ими.

– Думаю, более устрашающе прозвучала бы угроза с чердаком. Не считаешь?

– Заведу ручную змею.

– Ладно, – тут же сдалась Розалин и собралась двинуться к сцене, но я не позволил.

– Как твое плечо? – все же беспокойство взяло верх.

– А следующий участник – Высшая академия Крэйтона, – громогласно объявил нашу команду женский голос.

Баллард продолжала настороженно смотреть мне в глаза, словно не понимая, о каком плече идет речь. Она перевела взгляд на Пилиха, затем на Ивайну и снова на меня.

– Выходим, выходим, – поторопила нас организатор.

Я выпрямился и направился к сцене, сразу заняв свою позицию. Свет софитов ослепил. Шум в зрительном зале усилился. А Розалин продолжила стоять за кулисами, так и не пройдя мимо плотных штор, которые сошлись и отделили ее от команды.

– Гадина! – сквозь зубы процедила Ивайна. – Я же говорила, что выскочка струсит в последний момент.

Спустя несколько невероятно длинных секунд Баллард вышла на сцену и сразу направилась к микрофону. Во взгляде читалась решительность. Губы превратились в тонкую линию. Она посмотрела на меня, скользнула взглядом по майке и вниз на лосины, под конец усмехнувшись.

– Вы любите саманы? – обратилась она к зрителям.