Как же я тебя ненавижу

Прошлый век!

– Формульный вид знаков изжил себя?

– Да, – ответила подруга с таким видом, словно я сейчас спросила глупость. – А, точно, вы же еще до истории знаков не дошли. Сперва были формульные, затем на смену им пришли шаблонные, которые просты в использовании. С ними и голову ломать не надо, и при комбинировании друг с другом можно добиться хорошего результата. А из-за формульных люди раньше начинали пользоваться магией только к годам восемнадцати.

Я потерла глаза и вздохнула. Видимо, не одну неделю мне придется еще помучаться с их освоением.

– Слушай, а репетиция у вас когда?

– Какая репетиция?

– Прячетесь? – появился из ниоткуда Майло и потрепал Фелису по плечу. – А мы переживать начали, куда это делись наши девчонки.

Я захлопала ресницами. Подруга удивилась не меньше и скинула с себя его руку.

– Тебе не кажется, что встревать в чужой разговор как минимум некультурно?

Он усмехнулся и посмотрел уже на меня. Во взгляде серых глаз вновь появилось нечто неуловимое, отчего захотелось развернуться и для собственного же блага уйти.

Майло был бесспорно красив. Его игривая самоуверенность и частая улыбка подкупали и настораживали одновременно. Таких лучше обходить стороной. Друг Дрейка явно знал о своей привлекательности, пользовался ею, заманивая наивных бабочек в банку, даже не применяя сачок.

– Ладно, я тогда пойду.

– Куда? – коснулся моей руки Майло. – До занятий еще добрых пятнадцать минут.

– Мне еще… нужно конспект один забрать, – нагло соврала я и, кивнув на прощание Фелисе, поспешила во второй корпус.

Сегодня у нас намечалось знакомство с двумя новыми преподавателями. Это радовало. Казалось, куратор и Варнас нас недолюбливали, поэтому на лекциях говорили быстро, на вопросы отвечали неохотно, а теорию рассказывали довольно сухо и неинтересно, частенько оперируя неизвестными мне терминами.

Я спешила на десятый этаж на историю знаков, надеясь хотя бы в ближайшие часы узнать какую-нибудь интересную информацию, как вдруг услышала свою фамилию.

Откуда? Из приоткрытой двери третьего кабинета вновь прозвучал тот же голос:

– Уверен, даже несмотря на вашу дружбу, Закар был бы против, чтобы его дочь становилась пешкой в твоей игре… – слова с трудом удавалось различить из-за шума в коридоре.

– Не понимаю, о чем ты. Судя по твоим поступкам, в игры играешь ты, а не я.

Мимо прошла группа девушек, лишив меня возможности услышать что-либо еще. С той стороны двери раздались торопливые шаги.