Как же я тебя ненавижу

Куратор – видимо, это был именно он – криво улыбнулся и почесал спинку длинного носа. На его помятом, под стать костюму, лице до сих пор читалось раздражение. Ему словно не нравилась перспектива вести нашу группу сквозь тернии к звездам, тем более он даже не скрывал своего пренебрежения.

– Можно? – спросила я, подняв руку.

– Опоздавшая. Да, задавайте вопрос.

– А за советами к вам можно обращаться?

Мне впервые попался настолько грубый преподаватель. Правда, еще теплилась надежда, что он толком не будет у нас ничего вести и станет присутствовать в студенческой жизни чисто номинально, появляясь, как большинство приличных кураторов, раз в несколько недель с новостями.

– Только в крайнем случае. Все ответы найдете в библиотеке. Вот с ней у вас должны сложиться особо трепетные отношения. Кстати, она на последнем, двадцать третьем, этаже нашего корпуса. А вы у нас?..

– Розалин...

– Баллард, – завершил он за меня.

Сразу же раздалось несколько шепотков. Именно поэтому я не любила озвучивать свою фамилию – она постоянно вызывала много вопросов и пересудов.

Куратор поморщился. Он подошел к своему столу и забарабанил по нему пальцами, словно раздумывая над сложной дилеммой.

– Зачем вы пошли на эту специализацию?

Я замялась.

– Видимо, вы еще больше самонадеянны, чем остальные, раз выбрали портальную магию. Вряд ли у посредственного отца выйдет путевая дочь.

По перемещению цепкого взгляда зеленых глаз от одного студента к другому складывалось впечатление, что нэлд Милч ожидал противостояния. Однако ничего подобного не произошло. Даже я намеренно молчала. От ярой защиты отца перед незнакомым человеком мне лучше не станет. Папы больше нет. Зато память о нем жила и будет жить, а вот неизвестного преподавателя после смерти никто не вспомнит.

– Что ж, раз все со мной согласны, приступим к вводному занятию.

Куратор засунул одну руку в карман брюк и долго рассказывал о предстоящих лекциях и практиках. Если раньше его голос казался бесцветным, то теперь каждое слово стало раздражителем, отчего на протяжении двух часов довольно нудного монолога ни разу не понизился уровень моего внимания. Я даже в небольших десятиминутных перерывах продолжала сидеть на своем месте.

– Свободны, – наконец дождались мы окончания занятия и засобирались. – Баллард, задержитесь.