Узник Лабиринта. Невеста чудовища

А ящер в ответ только кивнул, как-то странно отворачивая голову, потоптался на месте.

И уже повернулся, чтобы уйти, как Геста неожиданно для себя спросила:

- Тебя ведь зовут Зэйн?

***

Зэйна как будто прострелило всего. Он замер от неожиданности. Было что-то великое и сильное в том, что она назвала его по имени, словно дала новую жизнь. Заколотилось сердце сумасшедшей надеждой. Захотелось сбросить все это чудовищное, показать ей себя настоящего, быть с ней.

Но. Он сам лишил себя этой возможности. Проклятое обещание.

Душа возмущалась, цепляясь за свое безумие еще несколько секунд. Потом он обернулся к девушке и глухо пошелестел:

- Да, Зэйн мое имя. - И решился взглянуть ей в глаза, пытаясь понять, что она видит, когда смотрит на кошмарного монстра.

Светящиеся голубые глаза были чисты.

Когда-то давно в покоях Зэйна был бассейн с прозрачной голубой водой, в нем среди лотосов жили золотые рыбки. Глаза девушки напомнили ему воду. И как под гладкой поверхностью виделись ему в воде юркие рыжие рыбки, так и сейчас он улавливал в ее глазах обрывки мыслей.

Девушка улыбнулась чуть виновато и смущенно, пожала плечиками и сказала:

- Спасибо тебе, Зэйн.

У него сдавило горло, смог только кивнуть, шумно выдохнув. И к чертовой матери сбежал, не понимая, что с ним творится.

***

После вчерашнего разговора с отцом Зэйн очень многое передумал. Тайна его рождения, ужасная смерть матери, тройное предсказание.

Но это только отбрасывало его в болезненную гущу несбыточных надежд и глухого отчаяния. А когда наступило эмоциональное истощение, душа потянулась к единственному светлому, что сейчас было в его жизни.

Зэйн едва смог дождаться утра. Хотелось поскорее покончить с обязательным визитом ящера. Оставить ей еду, а потом наконец явиться самому. Чтобы.

И тут она назвала его по имени.

Его. Чудовище.

Когда буря в душе немного улеглась, он пошел к ней, стараясь привести в порядок свои чувства и мысли. Она не должна знать, что с ним происходит. Нельзя.

Однако с трудом достигнутое хрупкое душевное равновесие тут же испарилось, стоило ему увидеть, что она, оглядываясь по сторонам и постукивая туфелькой, стоит на нижних ступенях лестницы. Ждет его. И снова сердце выпрыгивало из груди, а кровь стучала в висках.