Узник Лабиринта. Невеста чудовища

Этой ночью он почти не спал, лежал с открытыми глазами, пока по ощущениям не наступило утро. Хотелось прийти к ней. Увидеть, как загорается радостью ее взгляд. Ему хватит этого глотка жизни. Потому что всего остального он себя сам лишил.

Однако первым должен был в любом случае появиться ящер.

И в этом тоже был элемент игры.

Забежать к ней с утра в образе чудовища, попытаться угадать, в каком девушка настроении. Главное, чтобы она не заметила, что его потряхивает от нетерпения. А потом подождать, когда она выберется на прогулку.

Почти дождался, он уже слышал, как цокают каблучки ее туфелек по каменным плитам пола. И тут его осенила гениальная мысль.

***

Удивительным образом пригодилась премудрость дворцового этикета, которую по приказу царицы Фелисы вдалбливала ей воспитательница. Сейчас Геста нередко вспоминала эту пожилую даму с благодарностью. Потому что когда твой день поделен на множество обязательных действий, это дисциплинирует, а привычка к тому, чтобы, все делалось безупречно, придает действию некий смысл.

Первые два-три дня она держалась на сильном возбуждении, однако постепенно начал наваливаться откат. Ибо осознать, что она замурована в подземной тюрьме с чудовищем, пусть не страшным и даже по-своему заботливым, было ужасно. Ведь отныне жизнь ее будет проходить тут, и она больше никогда не увидит солнца.

Подступило отчаяние.

И тогда простые повседневные дела обрели неожиданную ценность. А сколько радости подарил засохший мох, который ей удалось оживить. Настоящее чудо, среди мертвого подземелья — цветы, как маленький подарок судьбы.

И вдруг в этой странной полужизни появился он. Мужчина смутил ее и перевернул все в душе. Потому что был живой, настоящий, и с ним можно было разговаривать. Но он исчез так же внезапно, а Геста все терзалась мыслью, что обидела его, сказала или сделала что-то не так. Да и вообще, с какой стати ему тратить на нее свое время? Это же очевидно.

Девушка шла, опустив голову, погруженная в свои мысли, и только в последний момент отреагировала на звук.

Когда осознала, что совершенно неприлично пялится на мужчину, ее стало заливать румянцем. А мужчина в первый момент показался ей хмурым, запыхавшимся и каким-то растерянным. Как будто бежал куда-то, наткнулся на нее и теперь не знал, что ему делать. То ли здороваться, то ли бежать дальше.