Белая Саламандра

Тревожно…

Виктор пальцами провел по щеке, а следом по губам, и вздохнул:

— Чего ты боишься сейчас?

Я растерянно моргнула, не понимая, о чем он, но потом слабо улыбнулась и обняла за шею, уткнувшись носом в нее.

И как ему скажешь, что не хотела быть просто девушкой для постели? Ведь так оно и будет. Любить меня? Что за шутка. Он никогда не сможет полюбить. Симпатия есть, привязанность, страсть, но не это чувство. Я останусь членом семьи Гранда, одной из приближенных, слишком приближенной. А когда ему надоест, а ему надоест, то останусь все тем же коком, которым попользовались и оставили.

Дура, Роза. И чего ты пошла на поводу?.. Давно бы показала, как холодно настроена ко всем его знакам внимания, и не было бы проблем. Побесился, позлился, возможно стал бы груб ко мне, но я бы не стояла так, разрываемая чувствами.

Может, и Вард тогда бы остался, а не заставлял волноваться от неизвестности — он ведь коллекционер неприятностей.

Идиотка, противоречащая сама себе. Сама же сделала шаг навстречу к Виктору в попытке изменить его, после того увиденного кошмарного сна-воспоминания.

Дура.

Это сторонним наблюдателем быть легко, когда читаешь и переживаешь со стороны, и можешь любить хоть всех мужских героев истории. А тут… реальность. Тут мораль и воспитание иного мира брали вверх. Я не могла быть со всеми и сразу, несмотря на то, что пиратская жизнь коротка и стоило наслаждаться ею во всех проявлениях.

Море жестоко.

Сегодня есть, завтра нет, а потом жалей всю жизнь… или послежизнь.

— Ты там уснула? — насмешливо спросил Виктор и провел рукой по спине, заставив кротко вздрогнуть.

Я отстранилась, смущенно улыбнувшись.

— Задумалась…

Он положил руку мне на затылок и приблизился:

— Яд?..

Видимо, вспомнил, что в такой форме я малость ядовита.

— Нет, — выдохнула ему в губы, которые он тут же накрыл поцелуем, и зарылась пальцами в его волосах.

Властно и требовательно, прижимая собой к двери. Второй рукой он забрался под юбку и схватил за бедро, поднимая и тем самым показывая, чтобы я обняла его ногами, что и проделала. Крепко обхватив за талию, он отнял от двери и, не прекращая поцелуй, отнес до мягкой кровати, куда осторожно положил и навалился сверху. Несильно укусил за губу и отстранился, вглядываясь в глаза и наслаждаясь произведенным эффектом.