Белая Саламандра

Ева же снисходительно улыбалась, наблюдая за детьми и мягко направляя орла, чтобы никто не выпал.

Двейн прикрыл глаза и выдохнул, хватая пальцами Кристалл. Камень ярко вспыхнул на долю секунды и погас, рассыпаясь в ладони на куски, затем в крошку, а после в пыль, которую подхватил ветер, унося в небо.

Они замолчали, двигаясь так какое-то время.

— А куда мы летим? — немного придя в себя, выдохнул бледный мальчик и вяло посмотрел на женщину.

Неуверенность еще давала о себе знать.

— А никуда. Круги нарезаем, — Ева легкомысленно пожала плечами и посмотрела вниз, где за ними следовала группа людей.

— Да и пытаюсь их измотать. Драться не охота.

Дети тоже с интересом посмотрели на преследователей.

— Мы считали, что Роза погибла, — печально и тихо произнесла Адель и хлюпнула носом.

— Можно сказать и так, — задумчиво ответила Ева, смотря вдаль. — Она погибала каждую ночь и возрождалась каждое утро все эти два года, пока мы жили вместе на необитаемом острове. И все это время дни у нее начинались с мысли о вас и в стремлении найти способ вернуться.

Она ни на минуту не прекращала думать о мальчишке, которому обещала помочь победить его недуг и найти личный Источник. И если я давно утратила надежду выбраться с острова, который стал тюрьмой для меня на долгие двадцать два года, то она ни минуты не сомневалась, что найдет выход, что выберется и выполнит данное обещание.

Женщина посмотрела на Двейна, который во время ее рассказа спрятал глаза под козырьком цилиндра, да и вообще опустил голову, не горя желанием делиться с обуревающими его эмоциями.

— Она любит тебя, Винтер Двейн, — с мягкой улыбкой произнесла Ева, глядя в даль, на виднеющуюся гладь воды. — Ты стал для нее путеводной звездой, компасом в центре океана, смыслом и стремлением, за которые она цеплялась. И знаешь… я завидую этой чистой любви. Ведь привыкла к девушке, и мне будет тяжело расстаться с ней. Снова утонуть в одиночестве.

— Вы можете остаться с нами! — из глаз Адель скользили слезы, которые она активно утирала уже подмокшим рукавом платьица.

— Не могу, — покачала головой аристократка. — Меня ждет Корзан.

Ева вздохнула и посмотрела в небо.

Она должна отомстить.

За смерть мужа. Хладнокровно убитого, разрубленного на части, за то, что встал на защиту своей жены и ребенка.

За смерть дочери. Маленькой Жасмин, которая была раздавлена, как мошка, в руках огромного пирата на глазах после обезумевшей от горя матери.

И она отомстит. Всем. Кто причастен к этому.

Глава 4.