Проксима Центавра

И стали чересчур откровенными.

– А как же расслабиться? – не отставала она. 

– Да, стал бы более раскрепощенным! – присоединился Кир к нашему разговору. 

– Да с твоей красотой любая в этом клубе могла бы быть твоей! – тут же подхватила Алекс.

«Она что издевается?!» – подумал я.

– Буду считать это комплиментом, – только и ответил я.

На танцполе я тоже не мог расслабиться. Не получив желаемого расслабления, я стал прыгать глазами по танцующим, пока не встретился взглядом с Иллой. Со своими черными волосами, острым носом и резкими бровями она была похожа на хищную птицу, жаждущую полакомиться молодым и здоровым телом.

Я и так не мог отрешиться от происходящего, но, увидев такой пристальный взгляд, так вообще не знал, куда провалиться. Я пытался танцевать, как ни в чем не бывало, но все было тщетно. Алекс же все это время издевательски улыбалась и всячески играла бровями, неоднозначно кивая то на Иллу, то на меня.

Когда заиграла медленная музыка, я попытался сразу уйти с танцпола, но не тут-то было. 

– Давай потанцуем! – предложила Илла, быстро подскочив ко мне.

– Я…– хотел было отказать я, но внезапно вмешалась Алекс.

– Мас, пригласи девушку на танец! – ехидно сказала она, улыбнувшись мне. – Нельзя отказывать девушке. Ты же джентльмен.

Я закатил глаза и посмотрел на нее взглядом «Ну, спасибо!».

– Приглашаю! – твердо сказал я Илле, резко повернувшись к ней. 

Обрадовавшись, она схватила меня за руку и потянула поближе к сцене.

Илла мяла мне спину, вкапывалась в волосы, хватала за задницу, и вообще вела себя крайне непредсказуемо. Мне уже показалось, что эта песня не закончится никогда. А потом Илла сделала то, чего я никак не ожидал: она меня укусила.

– Вот это да! – засмеялся я то ли весело, то ли нервно. Никто никогда не кусал меня за лицо.

Смена песни стала моим спасением. Ребята вернулись на танцпол, и я снова оказался на безопасном расстоянии от Иллы. Но когда я уже думал, что сюрпризы этого вечера закончились, вдруг заиграла песня «Люби меня по-французски». 

Я спокойно наслаждался голосом Евы Польны, и даже взгляд Иллы не трогал меня, как вдруг на словах «Моя родная» ди-джей выключил музыку, и все кто был в зале пропели их акапелла. Все, кроме меня. И тут стало больно… я замер.