Проксима Центавра

– Знаешь, – вдруг призналась Сия, – я поняла, что вела себя в отношениях с тобой глупо. Писала тебе постоянно, доставала тебя. А ты просто хотел отдохнуть от меня буквально день. Как я могла не понимать этого?! 

– Ну, наверно, сильная любовь не может не граничить с одержимостью, – улыбнулся я. – Даже, возможно, с безумием.

– Сейчас я тоже ревную, но уже намного меньше.

– Ревнуешь или испытываешь чувство собственничества?

– А в чем разница?

– Собственничество – принцип, а ревность – чувство. В первом случае приходится контролировать мысли, во втором – эмоции, – коротко пояснил я, как сам это понимал.

– Я ревнива, – заключила Сия, выслушав мое объяснение.

– Да, а я собственник, – сказал я, отпив глоток своего напитка.

Я рассматривал Сию, пытаясь понять насколько она изменилась. Я рассуждал, повлияло ли наше общение на нее так или же она в любом случае бы стала такой? Сия двигалась абсолютно непринужденно, речь ее тоже стала более свободной и красноречивой. А еще я отметил у нее новую «фишку»: она так мило стала покусывала нижнюю губу.

– О чем ты думаешь? – спросила Сия, заметив как я погрузился в мысли.

– Не скажу! – игриво ответил я.

– Почему? 

– Потому что лучше человеку не знать чем он хорош.

– Не понимаю.

– Ну, мне понравилось кое-что новое в тебе. Но я боюсь, что если я тебе скажу, то ты станешь задумываться об этом, и это движение может стать неестественным. Мне бы этого не хотелось.

– Поняла, – сообразительно кивнула Сия. – Помню твои слова: «Человек теряет свою привлекательность в чем-либо, когда начинает ей кичиться».

– Точно! – улыбнулся я одним уголком рта. 

Мы просидели в кафе почти до закрытия. На прощание Сия распахнула руки как раньше и состроила невинное выражение лица, сделав бровки домиком.

– Что ты чувствуешь сейчас? – спросил я, заключив ее в объятия.

Сия задумалась на какое-то время и с упоением ответила:

 – Дом.

Когда я вернулся, Алекс лежала уже в кровати. Я быстро скинул с себя одежду и залез к ней под одеяло.

– Ну, как прошла встреча? – спросила она. В голосе ее чувствовалось легкое напряжение. 

– Неплохо, посидели в кафе около ее работы.

– Где она работает? 

– В «DunkinDonuts», – ответил я. – Непривычно было видеть, как она легко общается с людьми. Она повзрослела. Хотя меня она до сих пор немного стесняется. 

– Как ты это понял?

– Она шепелявит, когда смущена, – улыбнулся я.

– Я всегда хотела быть взрослой и побыстрее жить одна, – заявила Алекс.