Стальные сети

– Много ты понимаешь! – рассердилась на неё Вильма. – Дело же вовсе не в цветах, глупая твоя голова, а в том, какой смысл Его Высочество вложили в свой подарок.

– Да один там смысл. Один! Этот перец мечтает залезть к тебе под юбку, а мне – держи ухо востро, а то потом ваш батюшка из меня живое чучело сделает! Вот уж не думала, что вы так легко поведётесь на пустые слова, пусть и сказанные с лаской. Я считала вас умной девушкой. А вы дурёха дурёхой на мою погибель. Ведь принц и даже не притворяется, прямым текстом говорит, что намерен вас использовать.

Да будь на его месте кто другой, без этого «ваше высочество», вы бы его недостатки вперёд моего сообразили. А тут – поглядите-ка на неё? Глядеть тошно! Тьфу!

Пока Констанс трясла букет, из него с лёгким звоном выкатилось кольцо. Девушка с проворством газели опустилась на корточки, подхватилая кольцо с пола прежде, чем это сделает назойливая наставница.

– Что это такое? – грозно насупилась Констанс. – Что это такое, я вас спрашиваю?!

Впрочем, Констанс могла пыхтеть, сколь угодно грозно – настроение Вильме этим не испортить.

Принц подарил ей фамильную реликвию. Когда мужчина дарит женщине кольцо – это всегда что-нибудь, да значит. Сердце её птицей летело в небо, а сама Вильма радостно засмеялась.

– Чему радуешься-то, глупая? – вздыхала Констанс.

Не отвечая, Вильма надела кольцо на палец. Чтобы то не соскальзывало, ей пришлось натянуть его не на безымянный, как принято, а на указательный. Чтобы не слушать причитания Констан, подхватив юбки, она выбежала из шатра.

Принц ждал её, держа в поводу двух лошадей. Рядом с ним стоял верный оруженосец Лэйд, а остальные воины из отряда уважительно держали дистанцию.

– Готовы, сударыня? Позвольте помочь вам подняться в седло?

– Как вашему высочеству будет угодно.

Вильма залилась краской смущения, когда сильная рука воина легко, словно пёрышко, подбросила её вверх.

– Благодарю вас.

– Не за что, – прозвучало в ответ.

Протрубил рожок, оповещая, что отряд снимается с места.

Они двинулись вперёд лёгкой рысью, чтобы не утомлять коней.

Констанс осталась вместе с обозом и теми, кто должен был догнать их позже, собрав палатки и шалаши.

Глухие, мрачные леса остались позади, теперь по обе стороны от дороги бежали поля. Ветер шевелил волосы. Пели птицы. Мир снова казался сладким и увлекательным. Дорога была хорошо укатанной и ровной – купцы, доставляющие по ней товар в столицу, старались держать её в порядке.