Стальные сети

Куда подевался мир? Куда подевались звуки?

«Может, я ещё сплю?», – подумала Вильма.

– Констанс? – встревоженным шепотом позвала она.

Чья-то ладонь зажала ей рот. Вильма возмущённо замычала от испуга, пытаясь высвободиться.

– Умоляю, тише моя госпожа.

– Констанс?.. Что ты делаешь?!

Служанка тяжело, будто только что бегом бежала по узкой лестнице вверх.

– Что происходит? – зашипела Вильма.

– Госпожа моя, что-то очень нехорошее. Не выходите из шатра!

Однако Вильма, рассудив, что, если опасность действительно существует, матерчатая стенка её всё равно не спасёт, змеёй выскользнула наружу.

– Вильма! – сдавленно крикнула Констанс вслед.

Лагерь купался в лунном свете, таком ярком, что оставалось лишь удивляться, как его источником могла быть луна, нависшая над лагерем тонким, острым серпом.

Всё вокруг светилось серебром. Необычным и пугающим было то, что месяц освещал лишь место стоянки, а дальше, вдоль опушки, свет обрывался, как ножом отрезанный. Бело-синие тени в нём выглядели чёткими, словно каждую обвели чёрным контуром.

Обычно свет успокаивает, но этот будоражил, вселял в сердца тревогу.

Свет освещал опустивших морды, лошадей; освещал спящих людей, рассыпавшихся по всей поляне, кто где стоял, будто поражённых магическим мороком.

Первое, что приходило в голову – сонный порошок, зелье, заклятие. Все люди, сопровождающие принца и Вильму, погрузились в тяжёлое лунное забытье, бодрствовали лишь Вильма, сам принц и его юный паж. Принц и юный слуга стояли в центре лагеря, держа в руках перед собой мечи.

Проследив за взглядом пажа, Вильма поняла, что рождает в нём испуг – он глядел на тени. Сквозь яркие, потусторонние полоски света они протягивались из темноты, то раздуваясь, словно капюшон у кобры, то сжимаясь, становились почти невидимыми.

Тени двигались сами по себе, разрастались, ветвились, как молния во время грозы.

– Что же там творится, госпожа, а? – услышала за спиной Вильма голос верной Констанс.

Её верная нянька был четвёртым человеком, кого не поразил колдовской недуг.

Ответа на вопрос у Вильмы не нашлось, да и дать бы его она не успела.

Одна из теней «дотянулась» до распростёртого на земле человека и «вошла» в него, сначала окружив чёрным облачком, потом втянулось внутрь тела, заставив человека несколько раз конвульсивно дёрнуться. Поражённый тенью он медленно, как сомнамбула, поднялся на ноги, всем своим видом напоминая марионетку, которую дёргают сверху за верёвочки.