Мне не слабо признаться своему куратору

Внешность самая обычная, разве что рост повыше среднего да острые скулы от истервальских предков, коими никого уже три века как не удивишь. Мозгами Создатели не обидели, но применять их пока негде. Чем я могу быть лучше неё? Чистой душою и трепетной любовью?

Есть, конечно, некоторая надежда на то, что внутри госпожа следователь не такая красивая, как снаружи. Почему-то же они с Крисдейном развелись. Характерами не сошлись? Он её бросил или она его? Да, она прямо-таки просится на страницы любовного романа в роли коварной соблазнительницы, идущей по трупам поверженных её красотой мужчин.

Моя интуиция конечно, может ошибаться, но магистр Крисдейн как-то не тянет на человека, который мог бы изменять такой жене. Не верю я, что он виновен в разрыве, вот не верю и всё тут!

В конце концов, сейчас у него точно никого нет, в этом я уверена. Интересно, а у госпожи Саммерн? Девичья ли это фамилия, или она снова замужем? И почему я не разглядела её руки? Вот бестолковая! Ведь если она свободна, как птица, то может и обратно к магистру пригнездиться! Тьфу, опять рифмы в голову полезли.

Вот из принципа не буду сейчас ничего сочинять.

Но… кажется, то, что я сейчас чувствую, это ревность? Но ведь раньше я часто его ревновала, замечая очередной томный взгляд какой-нибудь студентки? Это ведь совсем другое сейчас? Беспомощность, страх потерять то немногое, что у меня есть, желание его защитить… или сдаться? Потому что любая девица в академии может смотреть сколько угодно, он всё равно не обращает на них ровным счётом никакого внимания.

А на этой Орланде он целых женился! Когда-то. Мне теперь понятно, почему мои чувства остаются без ответа. Потому что ответ всегда был у неё, жестокой и прекрасной госпожи Саммерн.

С этими упадническими мыслями в голове я переоделась в больничный халат и улеглась спать, завернувшись поплотнее в одеяло. Снился мне магистр Крисдейн, в виде дряхлого ворона, сварливо каркающего на ветке вслед улетающей жар-птице.

Глава V. Военный совет

1-2.

Сельна

Тосия Брилль

Получив светляк из лечебницы, я остолбенела и уронила на пол учебные планы. Пострадали два человека, вверенных моим рукам. Четвёртый день, как я занимаю должность ректора, и уже есть пострадавшие. Я сидела в кресле, к которому уже начала понемногу привыкать, и не могла пошевелить даже руками. Каспер соскочил с подоконника, подцепил упавшие бумаги клювом и вспорхнул с ними на стол. Его укоризненный взгляд мне нисколько не помог.