Ключ от магии или Нимфа по вызову

Видимо, двухдневное опекунство хорошо сказалось на нас обоих, и болтать было… легко, даже приятно.

Началось с того, что я опять приползла из реки, чистая, но холодная, как заправская русалка. И теперь усиленно грелась о того, до кого было проще дотянуться - то есть одной рукой зарылась в шерсть котовичу, а другую нахально подсунула горячему работодателю. Хорошо ему с очищающим амулетом… в воду не суется третий день и даже потом не пахнет.

Мой маневр он оценил по-своему:

- О, замерзшая-то ты замершая, но судя по всему в постели-то горяча.

- Я не к тебе, а к одеялу, не путай. Вот ему я готова отдать не только все свои пышные прелести, но и сердце! - а чего бы и не помериться остроумием, если силы и желание есть? Под его одеялом действительно тепло и очень уютно.

- Бессердечная изменница! - патетически провозгласил Шон, умащиваясь поудобнее и отпихивая от лица кошачий хвост. - Я то к тебе со всей душой.

- А в первую с кем изменяла? - заинтересовалась я, в свою очередь пользуясь удобным случаем и забираясь рукой под его куртку - ничего личного, только тепло!

- А в первую ты мне даже не дала. Коварные Женщины! - по руке шлепнули, но настойчивость города берет. Особенно если отвлечь объект разговорами.

- А ты думал! Где ты видел нековарную женщину? И вообще, у нас, считай, побег по расчету, а не по любви, так какие могут быть претензии? Ты же бурхаши не надел? Вот и нечего… просить супружеского долга! - выдала я, чувствуя, как блаженное тепло сквозь нитяные перчатки растекается по озябшим пальцам.

Шон набрал в грудь воздуха, чтобы ответить что-нибудь эдакое, но всего на мгновение замешкался, очевидно, выбирая эпитет посочнее. В этот момент я не выдержала и хихикнула, ну и… опять всех птиц в округе распугали своим хоровым ржанием.

- А ты что, и это пыточное устройство с собой потащила?. – отсмеявшись, спросило начальство, с преувеличенным ужасом косясь на мой рюкзак.

- Нет… к Шель… Зельме в седельную суму упаковала. В расчете на то, что еще встретимся! - я имела в виду “встертимся с Шельмой”, но пояснять не стала, пусть боится, вот!

- Что ж, во всяком случае до города за свою честь можно не опасаться. А то кто тебя знает, - Шон сладко потянулся, зевнул, прикрыв рот узкой ладонью, а потом покосился на меня с тем же преувеличенным подозрением.