Хозяйка Мертвой воды. Флакон I От ран душевных и телесных.

Гнома оказалась очень даже симпатичной: аккуратный носик пуговкой, густые волнистые волосы благородного золотистого цвета, глаза, как  у всех гномов, карие, светящиеся в темноте, удивительно крупные, словно два драгоценных камешка-агата. Не удивительно, что выбрал в жены сам тан, а не просто знатный гном.

 Ася сидела рядом с молодой матерью, держала двух крохотных мальчиков и качала их, успокаивая. Дети голосили.

            Ольга взяла близнецов у Аси и, несмотря на протесты их матери, поднесла их прямо к тану, которого до сих пор удерживал ухватом Пересмысл.

- Их ты хотел убить? Папаша, произнесла Хельга. Новорожденные близнецы уставились на бородатого сурового гнома своими темно-карими глазками, которые светились в темноте. Именно этим они и отличались от обычных младенцев. Один из близнецов протянул к Аину крохотную ручку и ухватил его за густую бороду. -  Посмотри, это твои сыновья, тан? Твои?

Хедвига еле спустилась с печи, шов после операции болел, и она была слаба.

- Как, двое? побелел тан Аин, его губы предательски дернулись, но он смог удержать себя в руках.

            Рождение близнецов большая редкость у подземного народа, особый знак судьбы и благословение богов. Особенно, если это сыновья.

- Да, двое сыновей! подтвердила Ольга и, увидев на лице сурового воина выступившие слезы, сама чуть не растрогалась и указала на бледную мать, которая стояла позади ее.

            Тан взялся сильными пальцами за деревянную ручку ухвата и сломал его в том месте, где начиналась металлическая насадка, отбросил остатки кухонной утвари в сторону, развязал пояс тана, означающий его статус и, подойдя к одному из своих соучастников, которого держал подмышкой Сом, отдал ему. Это оказался один из его братьев.

- Возвращайтесь и передайте, я отрекаюсь от звания тана клана в пользу своего брата Дорта, громогласно сообщил он и взял своих детей  на руки.

Осчастливленный братом Дорт вцепился в пояс, покраснел и заревел:

-  Аин, да ты одурманен этой злой ведьмой! указал он на Ольгу.

            Но счастливый отец уже не слышал его, он смеялся, держа на руках сынишку, который сейчас пустил звонкую струю на кирасу отца… Сом и Храбр отпустили гномов.