Ветра Унтара

Для меня листья летели ровно с неба и вниз, опускались медленно, словно снег в безветренный январский день. Мирно трещал костёр, деревья замерли, как каменные изваяния на королевской площади. Это было немыслимо.

Я не слышала ветра...

– Не может быть! – пораженно прошептала я. – Ветер, которого я не чую?! Мы пропали...

Я снова попыталась встать и закричать так громко, насколько могла.

– Вы! Да посмотрите же вы на меня. Быстро собираем вещи и сматываемся!

К моему удивлению, никто на меня не посмотрел. Я вдруг поняла, что вовсе не кричу, а еле шепчу, потому что силы мои иссякли так же внезапно, как вернулся мой глупый, обманутый ветром, дар.

Теперь я все услышала и сразу поняла: поздно, уже ничего не сделаешь!

– Ветер… – проговорила я, но свирель взвизгнула и перебила. – Ребята, милые. Что ж вы? Он же ищет нас...

Мне не ответили. Свирель играла сама по себе, из ниоткуда. Она не переставала наигрывать и приближалась, вкрадчиво дразня, слащаво навязываясь, мешая думать. Мои друзья расслабились и обмякли, они слушали красивую музыку, погружаясь в ее дивный мотив.

Я чувствовала – им лень пошевелиться.

«Поздно» – сердито ухнула сова, ели взмахнули лапами и ощетинились. Лес вздрогнул, стряхнул дождевую морось, и меня с ног до головы обдало его страхом.

Ветер был сладкий и легкий, как морской бриз, но, прежде чем он отыскал нас и ворвался на поляну, я почувствовала, как мороз идет по коже и опасность неотвратимо дышит в лицо.

Заворчал, забеспокоился костер, он угрожающе рыкнул и прижался к земле.

Ребята точно оцепенели. Арбалеты бесполезно валялись на земле, и я уже ничего не могла поделать. Ветер завладел всем.

Тончайшим, ласковым шелком обдувал он наши лица, запутывался в волосах и принимался расчесывать их и гладить. Ив посмотрела на меня туманным взглядом, медленно притянула к себе рюкзак и положила ладошку под голову.

Теперь свирель играла прямо в сердце, отчего-то исчез страх и наступило спокойствие, потянуло в сон, пеленой покрылись мысли, чувства затаились.

Осталось только равнодушная лень. Я поняла, что ужасно устала и хочу спать так сильно, что не могу держаться. Лениво смотрела я, как Эмиль сел, облокотился на дерево, потянулся, выпрямил ноги.

– Костер... – прошептал он, но глаза его сами собой закрылись.

Эрик зевнул и пробормотал:

– Ничего ему не сделается.

«Что они, глупые, говорят?! Нельзя засыпать, ни в коем случае нельзя...», – но тихая, нежная песня не давала очнуться.