Ветра Унтара

Человек в черных одеждах и с Розой Ветров на груди, именно тот, кого они боялись больше всех, человек с рыжими волосами и такими быстрыми мыслями, что дар полыньяков не поспевал за ними, этот человек поймал их у Блуждающих мостов, и тот, кого я сейчас видела перед собой - единственный кому удалось спастись. Рыжий человек знал, что арбалеты Отуила - самое опасное оружие из тех, что хранились в Лабиринтах, и не собирался отдавать его врагу. Первый же выстрел не заставил себя ждать: рыжий человек убил полыньяка из трофейного арбалета и забрал оружие.

Но это мало что меняло. Повинуясь невидимой силе ветра Унтара, столетиями спавшие в атоллах фьорда Яблочного, проснулись. Дело было сделано.

Тот, кто умирал сейчас в трюме ойёллей, принес Афаре вести. Да, начало было положено, но арбалеты Отуила остались в руках врага, в руках врага было единственное оружие против ветров Унтара... Афара поздно хватилась своего козыря, но она понадеялась на то, что никто не догадается о тайне арбалетов раньше, чем ветра уничтожат того счастливчика, который владеет ими.

Теперь полыньяк видел этих счастливчиков и понимал, что серные ведьмы оказались не достаточно прозорливы. Арбалеты достались носителям Розы Ветров, хитрейшим людям королевства, которое существа Нового мира называли полуостровом Йо-Йо.

________

Удар пришелся прямо по зоне солнечного сплетения и ушел в голову. Огненный жезл, полыхнув под низкими сводами трюма, пронзил меня. Мой крик раздался далеко-далеко.

Знакомые руки обняли, подняли и понесли.

Жало жгло. Я знала: каждый, кто испытает это, больше не спросит себя, как орудует смерть. Полыньяк умер. Он истратил на беседу со мной все свои силы, его смерть совпала с телепатическим трансом, и я услышала ее так близко, как будто она была во мне...

РЕКА

Глава 16, где нам не удается избежать глупых сцен

Так один за другим рушится девятый вал на безжизненные острова и, присмирев, исчезает, оставляя только пену и жемчуг; так у подножия вершины мира одиноко тлеют костры последнего заката, без надежды и без игры; так трубочная зола падает на грубой вязки шарф, трепещущий и голубой; так волосы парусом бьются в лицо, и так, сощурив слезящиеся глаза, вглядываясь в темноту, тщетно пытаемся мы разглядеть его, - ветер.

..

Я проспала до самого утра, мой дух ослаб и не было даже надежд. Потому, проснувшись утро следующего дня в шатре вождя, я лежала с закрытыми глазами и плакала.