Ветра Унтара

Ужин затянулся до полуночи, а затем перешел в танцы и песнопения. Видимо, постоянно плавая по морям и рекам, народ ойёллей перестал замечать качку и чувствовал себя на воде так же уверенно, как на суше. Один за другим возникли гитары, бубны и какие-то незнакомые струнные, отдаленно напоминающие домбру. Пели яркими чистыми голосами, вступали один за другим, сливаясь с ночным звоном лесов и полей, и бубны звучали, словно тысячи колокольчиков.... Танцевали женщины. Специально для танцев плелись венки из белых лилий, танцовщицы облачались в тонкие шелка и с лебединою плавностью играли телами, рассказывая нам о своей любви, красоте и верности.

Их танец не был похож ни на один из тех, что мы знали. Это была одинокая песня, легенда, повесть о жизни гордого, свободного народа.

Нельзя сказать, чтобы я не чувствовала неловкость перед людьми, чью сокровенную тайну узнала случайно, в порыве злобы. Но злоба прошла, и я поняла, что нельзя опрометчиво судить о том, о чем не знаешь как следует. Конечно, я и так это знала, но для того чтобы быть мудрым, все же желательно быть беспристрастным.

.. А я, увы, не такая.

***

Много столетий назад, когда произошло то, о чем лучше не вспоминать, уцелевшие народы Древнего мира осмелились селиться у подножия хребта Инкабара. Среди них были и ойёлли, и беспечные феи, и даже иттииты. Но именно ойёлли, в ту пору все так же странствующие по морям и рекам полуострова Йо-Йо, ближе всех подобрались к Вечной Горе, раскидывая на летний постой шатры. Тогда и произошло то, о чем ойёлли молчат по сей день.

Однажды, в ночь луностояния, когда все чары земли возрастают в сто крат, Угрюмые Феи резвятся, а детишки спят самым крепким сном, в ту ночь вождь ойёллей услышал зов Вечной Горы. Многие из его народа не раз слышали этот зов, но ведь все ойёлли голубоглазы, все, кроме Аль-Таи. Вышло так, что его отец полюбил женщину из рода иттиитов, и Аль-Таи родился с огромными, раскосыми глазами, черными, как ночь... такими же, как у его матери.

В ту ночь Аль-Таи внял зову Вечной Горы, созвал самых сильных и смелых мужчин и повел их на верную погибель.

Напрасно товарищи отговаривали его, напрасно убеждали. Конечно, они могли ослушаться, но ойёлли не из тех, кто бросает своего вождя. И когда они поняли, что с ними или без них Аль-Таи все равно отправится в путь, они забрали весь запас факелов и последовали за ним в самое чрево Вечной Горы.

К утру путники достигли подножия, и вождь уверенно вошел в пещеру.