Меж молотом и наковальней

— Можешь пояснить?

— Отчего же не пояснить, — Ли вновь опустилась на скамью, достала из пакета две банки с колой и, протянув одну мне, открыла другую. — Видишь ли… у каждого у нас есть хозяин. Мы живем вечно, а он рождается, умирает, как обычный человек… Моему сейчас должно быть как и тебе, но я его пока не нашла.

— Хозяин? — переспросила я.

— Хозяин, — подтвердила Ли, отхлебнув колы.

Некоторое время она молчала, пока шла мимо весело переговаривающаяся молодая пара.

— За все надо платить. Я вот таким образом плачу за вечную молодость и бессмертие… зависимостью от одного человека.

— А если умрет, а ты так и останешься зверем?

— И такое у оборотней бывает… У меня не было… мне повезло, мой хозяин меня любит, а я… я люблю его. Он осторожен, даже слишком, а вот у других…

— Где он теперь?

— Я не знаю, — Ли грустно улыбнулась. — Но я знаю, что я его найду. И когда найду, я познакомлю его с тобой и позволю увидеть мою вторую сущность…

— А если будет поздно? Если к тому времени он найдет другую?

Ли сглотнула.

— Ли? Это больно, когда хозяин любит другую?

— Очень больно… — выдохнула Ли. — Но, надеюсь, со мной этого не случится.

Я несколько поколебалась, а потом вдруг накрыла ее ладонь своею, подбадривая. Хотя как я, смертная, могу подбодрить кого-то такого, как она? Некоторое время мы сидели молча, вслушиваясь в плеск воды, в далекие разговоры людей, в шум проезжающих машин, а потом она вдруг улыбнулась, и, вырвав руку, сказала:

— Я найду его раньше.

— Конечно, найдешь, — улыбнулась в ответ я.

Но верила ли я сама тогда в свои слова? Наверное, нет.

Через два дня Ли уехала. Ее звонки, письма, да и она сама то и дело неожиданно появлялись в моей жизни. Ли никогда не упускала меня из вида, и в воскресение, через два дня после моего переселения в Магистрат, на пороге нарисовалась ее фигурка в модной, обтягивающей курточке, под широким зонтом.

— Хорошая погода, — сказала она.

— Э… — замялась я. — Я тут знаю одно хорошее кафе… подойдет?

— Подойдет! — Ли с любопытством посмотрела на материализовавшегося за моей спиной Призрака, но ничего не сказала. — Одевайся!

Через некоторое время мы влетели в двери кафе и, смеясь, устроились за столиком у окна.