Меж молотом и наковальней

Богатенькие дамочки так и плывут… пожить к себе пускают. Кормят… вкусно.

Я вновь пыталась вырваться, но тщетно. Вампир вдавил меня в стену, покрывая поцелуями шею и быстро справляясь с халатом. Есть он меня явно не собирался, пока не собирался, но легче от этого не было… Я плавилась под опытными руками, и последние здравые мысли растворились в томной, ласковой неге.

Не понимая, что делаю, я выгнулась в его объятиях, запрокинула голову на его плечо, поймала на миг губами его губы и ответила смехом на его гортанный смех.

– Умница, – нежил меня голосом вампир. – Хорошая девочка. Сладкая…

Он топил меня в сладких волнах, издевался, терся об меня бедром, ласкал пальцами, доводил до исступления, сам умудряясь оставаться холодным.

– Какая горячая, – шептал он. – Давай же!

И мир взорвался ярким фонтаном…

Кусая губы, я дрожала в его объятиях.

– Я бы поигрался чуточку больше, – прошептал Анри. – Но ты так аппетитно пахнешь, а я так голоден.

Что он сказал? Осознание приходило медленно, будто продираясь через густой воздух. Да Анри, казалось, уже никуда и не спешил… он лизнул мою шею, примерился и тут же вскрикнул, отшатнувшись:

– Пусти ее! – взвизгнул тоненький голосок.

Мелькнуло в воздухе что-то белое и пушистое, вцепилось вампиру в ногу. Дитя ночи взвыл, хватка его заметно ослабела. Как раз настолько, чтобы я смогла вырваться. Недолго думая, я хватила со стола тяжеленную статуэтку-ангелочка и огрела вампира по наглой роже. Больно? Нефиг ночью набрасываться! У ангелочка отвалилось крыло, вампир охнул, схватился за лицо, и меж его пальцами засочилась темная жидкость.

Вид крови, пусть даже и вампирьей, живо отрезвил. К чертям собачьим, что я творю! Уже проклиная свое человеко-(вампиро-?)любие, я поспешно включила свет.

– Прости! – прошептала я, усаживая собственную жертву в кресло и наколдовав на столе тазик с холодной водой.

– А на черта ему помогать? – Пу прыгнула на стол и уселась на забытом мной томике прикладной магии. – Он же тебя убить хотел.

– Я бы тоже хотела на его месте, – ответила я, хлопоча возле вампира. – Убери руки, герой-любовник, дай, я посмотрю.