Выжья Сечь II. Месть ведьмы.

Под ногами скрипел мелкий белый песок, стены, испещренные блестящими слюдяными и кварцевыми крошками, образовывали широкий проход, теряясь дальше, чем путники могли видеть.

      - Держись рядом, - велел Казимир, сжимая меч бывшего Привратника. Оружие оказалось удобным, хотя и тяжелее, чем те клинки, которыми обычно пользовался шляхтич. - Идем.

      Сколопендра хмыкнула, проходя вслед за Казимиром. Сколько времени им предстояло плутать по тоннелям и пещерам, она не знала. Знала только, что Горный Король не легенды и не сказки, а значит, когда-нибудь дорожка, убегающая в гранитное царство, приведет их к владыке меловых чертогов.

      За спиной путешественников врата захлопнулись с оглушительным грохотом. Грохот разнесся далеко вокруг, порождая рокочущий, басовитый звон. Казимир помрачнел.

      - Вот гадство!- Выругалась Сколопендра, стискивая рукоять клинка и встревожено озираясь. - Теперь, почитай, все обитатели горы знают о нас.

      - И теперь, бросив свои дела, они спешат сюда? - Хмыкнул Казимир, не пряча, впрочем, захваченного у Привратника меча.

      - Могет быть, что так и есть, комес, - серьезно ответила полудриада, бросив в его сторону быстрый взгляд.

      - Одно радует, - нервно вглядываясь в темноту, сгущавшуюся впереди, пробормотал комес. - Теперь мы точно знаем, что идем в правильном направлении, если только этот... Морган нам не солгал. Хотя спроси меня, хочу ли я сейчас попасть на прием к Горному Королю - ни один ответ мой не будет искренним.

      Каля промолчала, настороженно ступая по мягкому песку. После всего, что удалось видеть и слышать в пещере наказанного рыцаря, ей самой тревожно было идти к владыке нечисти. На совести шляхтича были десятки, если не сотни убитых нечистых тварей, что вряд ли могло понравиться их повелителю. Вполне возможно, Горный Король мог снять заклятие ведьмы, а взамен наложить такое, в сравнении с которым муки Моргана Штергенссона показались бы благом.

      Но назад пути уже не было.

Глава 23

    Спустя совсем короткое время каменный проход, по которому они шли, стал расширяться. Свет, идущий от стен, усилился. Да и сами стены трудно было бы назвать теперь каменными. По мере того, как путники двигались вперед, гранитные породы светлели, медленно переходя в мраморные, а после и вовсе приобрели вид толстого стекла.