Акварель живыми цветами

Словно выжатый лимон, в котором осталась одна яркая кожура и ни капельки сока. Она не хотела продолжения этой странной экскурсии, она не хотела объяснений, этих лиц. Она не хотела ничего.

– Пожалуйста. Сегодня был длинный день. Я пойду, отдохну.

Эта усталость, которая настигла ее, в которой, обычно не утихая, играл огонь, удивила и перепугала Ингу. Но сейчас она уже была не в силах думать. Единственное определение, которое подходило к ней, было опустошение. Как будто все эмоции и силы, все мысли и чувства вытекли, испарились за время этой короткой прогулки и исчезли среди белого тумана стен и потолка, окружающего ее.

Она вдруг почувствовала, что у нее начинает кружиться голова, но, к счастью, совершенно неожиданно для себя оказалась уже в знакомой комнате.

Сильные руки опустили ее на кровать, и она наконец избавилась от ужасных туфель. Инга еще успела различить исчезающий мужской голос.

– Расслабьтесь и отдыхайте. Завтра мы просто будем гулять.

Ей показалось, что мужчина наклонился к ней совсем близко, совсем.

Она попыталась приподнять руку то ли, чтобы оттолкнуть его, то ли просто прикоснуться, почувствовать, но не смогла даже пошевелиться.

Затем белесый туман, наконец, смог поглотить ее мысли.

День третий. Прогулка

Щелчок пальцами. А может щелчок какого-то механизма. Она вздрогнула и огляделась. Белесый туман исчез и сменился непроглядной темнотой. Темнота была повсюду, везде, но, кажется, там, недалеко, есть свет, и он влечет, манит.

Она торопится на зов, чуть не спотыкаясь.

Свет прожекторов прямо в лицо, и она неувереннооглядывается. Что она должна делать перед этим пустым залом , залом с рядами пустых кресел и белыми пятнами лиц где-то в задних рядах, на галерке?

Движение наверху. Что-то придает движение ее руке, и она поднимается в слабом жесте. Еще один толчок, шаг вперед и в сторону. Теперь девушка замечает тонкие черные нити, уходящие вверх. Еще один шаг, еще одно движение, плавное, медленное. Это танец. Она танцует, танцует с ним! Ее платье сверкает в свете софитов: красный, зеленый, красный, зеленый в голубом, мерцающем свете.

Бледные лица в темноте становятся ближе. Им тоже интересно, они хотят посмотреть, увидеть нечто новое. Еще чуть-чуть и можно будет различить их в темноте, быть может даже узнать кого-нибудь из них. Хотя зачем?

Как хочется поднять голову и увидеть его лицо! Жаль, нельзя. Нужно танцевать, делать то, что хочет он. Но и это так приятно, так нравится ему, что она, чувствуя это, не может не улыбаться.