Умница для авантюриста

Мне бы выпроводить его подобру-поздорову, дверь входную закрыть и вздохнуть с облегчением, но хорошее воспитание и элементарное чувство сострадания к бедственному положению (ну, а вдруг?!) не позволили повести себя хоть и правильно, но возмутительно.

Миссис Фредкин мерила мистера Тидэя орлиным взором. У неё не глаза, а прожигающие насквозь лучи, при желании достающие и до печёнки, и до селезёнки, и до голого скелета.

Я так и видела, как она составляет таблицу достоинств и недостатков нашего странного гостя.

Всё правильно: накормить – и с лёгкой душой выставить. И тут я наконец глянула на свои многострадальные руки. Запястья немилосердно чесались, смотреть я побаивалась, памятуя о страшных царапинах, но, переборов себя, замерла. Моргнула. Опять посмотрела. Вместо рваных красных борозд остались только тоненькие розовые шрамики.

Не веря, потрогала запястья пальцами. В голове стало пусто-пусто. Ударь – и звон пойдёт, как от гонга – баммм!

Я подняла глаза на несносного мистера Гесса. Кажется, он растерялся. Замер столбом. Смотрел мне в глаза и молчал. Ла-а-адно. Молчим, значит. В гляделки играем. Если бы не миссис Фредкин, просто так он бы не отделался. Но при подозрительной домоправительнице скандалить мне не хотелось напрочь.

Дело в том, что Герда нередко покрывала мои небольшие проделки перед батюшкой с одним-единственным условием: я веду себя прилично, как подобает молодой девушке, не влезаю в авантюры, не завожу сомнительных знакомств, не тяну в дом бездомную живность.

В общем, положа руку на сердце, не все пункты нашего соглашения я выполняла свято, но всё же пыталась быть максимально честной.

Посудите сами: если сейчас я начну скандалить и выяснять, куда делись царапины, по ходу разбирательства выяснится, что мистер Гесс: а) незаконно проник в наш гараж; б) прикасался губами к моим рукам; в) беспрепятственно проник в дом, и я ни словом не заикнулась о его, мягко говоря, странном поведении и обращении со мной.

Получается, я нарушила чуть ли не все заповеди миссис Фредкин, и больше мне нет доверия, а потерять расположение нашей строгой, но справедливой домоправительницы не хотелось.

– Мы ещё поговорим об этом! – прошипела я сквозь зубы, потрясая собственными запястьями, как сыщик – уликами.