Невеста ледяного князя

– Птиц покормить, - ляпнула первое попавшееся девушка, пытаясь удержать вертлявого ящерка за пазухой.

Не то чтобы она соврала. За забором всегда вывешивали кормушки, привечали птиц, чтобы те после берегли урожай от саранчи и прочих гадов. На пороге Поляника опомнилась, схватила туесок с зерном и бросилась за ворота. Добежав до самой дальней кормушки, девушка распахнула тулуп и вывалила ящерка прямо в снег.

Злат удивленно поднял голову, обижено глядя на Полянику, а потом уже не так резво перебрался на вытоптанную тропку и потрусил за девушкой.

Поляника подсыпала зерна в кормушку и отошла на несколько шагов, наблюдая за подлетевшими пичугами. Она давно приметила, что синички всегда соблюдали очередность. Каждая подлетала, склевывала зерно и освобождала место следующей. А вот воробьи заседали в кормушке стаей, не обращая внимания на возмущенный гомон синиц.

Сегодня же воробьиный щебет нарушился резким вскриком и грохотом. Злат по кошачьи прицелился и прыгнул в кормушку, схватив зубами одну из пичуг.

Выловив наконец Злата и спрятав его за пазуху, Поляника подошла к воротам, да там и осталась. Незнакомец с саней о чем-то переговаривался со старцами Траяном да Белогором. Последний долго бранился, а после, тяжело опираясь на посох, направился к воротам, за которыми пряталась девушка. Единственное, что ветер донес до ушей Поляники, это пару слов – невеста ледяного.

– Полька, пошто тут бродишь? – буркнул Белогор.

Ящерок, почуяв чужого, перестал вертеться, за что девушка возблагодарила предков.

– Птичек кормлю, - пискнула Поляника, склонив голов, а после недолгих сомнений решилась спросить. – Деда Белогор, а это правда, что меня ледяному князю сосватать хотят?

Старец, казалось, перестал дышать. Густые седые брови сошлись к переносице, древко посоха заскрипело, грозя сломаться от сильной хватки. Поляника пригнулась, ожидая, что получит наставления в виде затрещины, но Белогор наконец выдохнул и тихо произнес.

– Кто надоумил? Ай, пусто. Идем, отроковица, в избу. Неча на морозе стоять. Там и сказ мой послушаешь.

***

Зайдя в избу, старейшина Белогор не стал скидывать тулуп, лишь расстегнул полы да уселся на старенький колченогий табурет. Старик поставил перед собой посох, уткнулся в него лбом и с любопытством взглянул на перепуганную девушку. Поляника даже дышать боялась.