Артефакт: Судьба

Лапы сами несли его куда-то, ветер свистел в ушах. Действительно, нужно что-то перекусить...

Глава 39

Ванька

Волк куда-то убежал, а Ванька смотрел ему в след. Даже сочувствуя, он не мог представить себя на его месте. Ведь у Василисы тоже мог быть возлюбленный, она также могла быть занята. Может быть, поэтому она была такой холодной с Иваном. Тяжелым взглядом он посмотрел на черноволосую девушку. Она наколдовала ветер, который перенес Хель на лежанку, а Лиса позаботилась, чтобы Хель улеглась удобно. Ванька не выдержал.

— Василиса. — произнес он, набирая в грудь воздуха. — Мне нужно знать, любишь ли ты кого-то, отдано ли твое сердце доброму молодцу?

Услышав его слова, Василиса вскочила и удивленно посмотрела на Ивана, забыв укрыть Хель.

— Я не думаю, что это тебя касается. — ответила она, вздернув носик и отвернувшись, продолжила укрывать Хель. Внутри у Ваньки все скручивалось в тугой узел нервов.

— Василиса. — снова вздохнул он и сжал кулаки. — Я могу быть тебе не мил. Ты можешь не любить меня.

Для тебя может быть, я даже не муж. Ты можешь использовать меня, смеяться, мучить. Но если твое сердце отдано кому-то, я отступлю. Скажи мне?

Девушка продолжала молчать, повернувшись к нему спиной. Не выдержав тишины, Ванька последовал за Варом в лес. Но не успел сделать и несколько шагов, как услышал тихий голос за спиной.

— Мое сердце свободно.

Лиса.

С трудом произнеся эти слова, девушка резко обернулась, но позади нее уже никого не было, хотя она могла поклясться, что Ванька ее услышал.

Лиса села прямо, пряча красное лицо в ладонях. От чего-то сердце ее колотилось, как бешеное.

Хель

Я когда-нибудь говорила вам, что никогда не напивалась? Наверное, говорила. Но все бывает в первый раз: первая пьянка, первое похмелье. Я не помню ничего с вечера, кроме того, что старушка Яга что-то мне наливала. Однако, похмелье запомню на всю оставшуюся жизнь.

Как только я пришла в сознание, моя голова начала раскалываться на тысячи частей. Во рту была пустыня Сахара со вкусом рвоты, мышцы были вялыми и ни на что не годными, а в ушах стояла барабанная дробь.

Все нужно попробовать в первый раз, но такого опыта я больше никогда не повторю. Не понимаю, что люди в этом находят?

— Проснулась пьянчужка. — зазвучал звонкий голос Лисы, который словно пронзал мою голову. — Видимо, ты душевно посидела вчера с мамой.

— Лиса, будь другом, заткнись! — пробурчала я, зарываясь поглубже в спальный мешок.

— Не буду, пора вставать. Солнышко уже высоко.