Кровь ведьмы

А я сейчас ещё снадобье от кашля принесу, – с этими словами Власа поспешила к котелку.

***

После того, как Мирон пришёл в себя и начал есть, дела его быстро пошли на поправку. Жар вскоре полностью спал, кашель только мучил, и настолько сильным он был, что будил всех в доме по нескольку раз за ночь.

Поначалу приходилось вставать Власе, снадобье Мирону давать, да молоко с мёдом, а то приступ кашля мог его и по нескольку часов не отпускать.

– Устали вы от меня. Небось сто раз пожалели, что лечить взялись, – безрадостно заключил Мирон, среди ночи забирая у Власы кружку с порцией снадобья.

– Мы никогда не жалеем, если кого спасти удалось, – передёрнула плечами Власа, встретившись с ним взглядом. – Жаль только, что люди быстро добро забывают.

Мирон чуть улыбнулся.

– Не все забывают.

– Верно, не все…А есть и такие, что вовсе не верят, что мы добро делаем, клевещут за спиной. Небылицы рассказывают, – не удержалась от упрёка Власа, чуть прищурившись. Хоть и не думала она всё это время об обиде на Мирона, а всё ж таки была она.

– Злишься на меня. Правильно делаешь, – с пониманием вздохнул Мирон и добавил серьёзно: – Не прав я был. Ошибался насчёт тебя, да хоть и насчёт Зарины.

Власа кивнула, задержалась у края полатьев, ожидая продолжения.

– Ты это… прости, за то, что я болтал в деревне, – медленно проговорил Мирон, опустив взгляд. Видно было, что извинения давались ему с трудом. – То по глупости было, от старой обиды. Не верил, что взаправду лечить умеете.

– Но теперь ты веришь? – хмыкнула Власа.

– Теперь, конечно. Спасли вы меня, да и ты столько у постели моей просидела, будто муж я тебе, – снова с хитрецой добавил Мирон.

Власа даже злиться на него не стала, только бросила с усмешкой:

– Ну, так женись, раз ты всё равно, что муж стал. Иль не мила? – Власа обижено надула губки и рассмеялась, встретившись с оторопевшим взглядом Мирона.

– Что вы расшумелись средь ночи?! – послышалось ворчание Зарины с печки. – А ну быстро спать легли! А то знаю я вас, глазом не успеешь моргнуть…

– Да я Мирону снадобье относила! – возмущённо ответила Власа в своё оправдание.

– Ты ему уже давно снадобье отнесла. Спать иди. И лучину загаси, – проворчала Зарина, переворачиваясь с бока на бок.

Власа вздохнула. Бросила на Мирона быстрый взгляд и загасила лучину, отправившись к себе спать.

Вскоре после этого разговора Мирон перестал кого-либо будить. Сам тихонько вставал ночами, когда его начинал мучить кашель.