Кровь ведьмы

– Тебе надо расслабиться, ты очень напряжён, – тихо сказала она.

Мирон не ответил, только чуть обернулся к ней и снова закашлялся.

Закончив со спиной, Власа велела ему развернуться и взялась растирать Мирону грудь. Она постепенно втирала в кожу травяную растирку, чувствуя его тяжёлое, хрипловатое дыхание и внимательный взгляд синих глаз, от которого стало не по себе. Она даже не решалась поднять на Мирона глаза, предпочитая смотреть на его крепкие плечи и грудь.

Внезапно Мирон протянул руку и коснулся её подбородка, заставив поднять взгляд.

– Говоришь, я напряжён? – он чуть улыбнулся, хитро прищурившись. – Непросто расслабиться, когда красавица ласкает тебя, пусть и пахнет она лекарственными травами.

От его слов щёки Власы вспыхнули.

– А ну прекрати! – как можно строже бросила она, отпрянув от Мирона, чувствуя, как в груди взволнованно забилось сердце. – А то вместо красавицы тебя моя наставница будет завтра растирать. С ней не забалуешь!

– Да ладно тебе, не злись, – поморщился Мирон и чуть тише добавил.

Власа не обратила внимания на его слова. Быстро поднявшись, она стёрла платком с рук остатки растирки и поспешила за перегородку к печи, всё ещё чувствуя на себе внимательный взгляд Мирона.

Быстро же он переменился! То всё «ведьма, ведьма», а тут красавицу нашёл. Думает, раз Власа в лесу живёт, и женихов у неё нет, значит, можно, и голову морочить. А вот и нет! Не поведётся она на его речи. Пусть лучше других дурочек в деревне поищет, когда поправится.

С этими мыслями Власа скрылась за перегородкой у печи – новую порцию снадобья надо готовить, чтобы кашель унять.

Когда снадобье закипело, начала читать простенький заговор, помешивая варево ложкой, пока не запенилось. Потом сняла с огня и накрыла котелок крышкой. Вроде всё. Можно, конечно, ещё проварить потом, чтобы снадобье получше заварилась, но пока и так хватит.

Власа села за стол и налила в кружку оставшегося ягодного взвара. Невольно вспомнила, как растирала Мирона, прикасалась к его крепкому телу, ощущая под пальцами горячую, обжигающую кожу и напряжённые мышцы. Так и захотелось вновь прикоснуться к Мирону, ощутить его тепло и близость…

От этих мыслей даже в жар бросило. Щёки предательски налились румянцем.

– Глупость какая! – рассердилась Власа на себя.