Кровь ведьмы

– Браслет-оберег сплела для защиты…

Она достала подарок и неуверенно протянула Ярику.

– Да что мне может грозить здесь? – улыбнулся он, однако, руку всё же протянул, чтобы Власа могла завязать на его запястье оберег.

– Мало ли что. а так мне спокойнее будет.

– Так переживаешь за меня? – Ярик улыбнулся и нежно коснулся подбородка Власы пальцами, заглядывая в глаза.

– Уже нет, – улыбнулась Власа, любуясь его красивыми чертами лица, тёмно-зелёными глазами и непослушными кудрями. Сердце бешено забилось в груди. На душе стало так тепло, хорошо, будто все беды и горести разом развеялись.

Даже не верилось, что он снова рядом, такой родной, любимый…

– И всё же, не ходи одна ночами. В лесу зверья полно, да и в деревне местные, сама знаешь… обидеть могут, – предостерёг Ярик, наклоняясь ближе. – Да и сейчас, когда хворь свирепствует, староста суров, как никогда.

– Так уж и суров? Свадьбу разрешил, гостей, наверное, пришло немало, – хитро заметила Власа.

– Жених и невеста из нашей деревни. И гости все из наших.

Из соседних деревень староста ни одного и не позвал. Да и нам запретил в гости к ним ходить… – рассказывал Ярик в то время, как сам уже обнимал Власу за талию, – ежели кто деревню покинет, назад воротиться не позволит.

– И правда строго он… Но ты же рад меня видеть? – Власа подняла голову и встретилась с его ласковым взглядом. От прикосновений Ярика у неё начинала кружиться голова.

– Очень рад, – он наклонился к Власе и поцеловал.

Она обвила его шею руками, нежно целуя в ответ. Счастье накрыло с головой, унося в водоворот нежности и страсти.

Казалось, что мир вокруг растворился, и это сладкое мгновение будет длиться вечность… но всё внезапно оборвалось. В конце улицы послышался подозрительный шум.

Ярик резко отстранился и обернулся на звук, в его взгляде проскользнул плохо скрываемый страх.

– Всё хорошо, нас не увидят, – попыталась успокоить Власа, – наверное, кто-то из местных домой вернулся. Напился на празднике, вот и шумит.

– Не уверен, – качнул головой Ярик, продолжая всматриваться в темноту.

Власа вздохнула. Как же надоело постоянно прятаться от всех, скрываться в тени, вздрагивать от каждого шороха… Но что они могли поделать? Отец Ярика никогда бы не позволил им быть вместе, да и остальные в деревне осудили бы за то, что сын кузнеца связался с ученицей знахарки. А точнее с «ведьмой» – как многие теперь называли Власу. Конечно, не без усилий мерзкого Мирона, который с завидным упорством распускал о ней нелепые и пугающие слухи.