Ученица Хозяина Топи в Академии

Заяви кто Весенье в былые времена, что ее берут в академию, она бы прыгала от радости до самого потолка, аки молодая козочка. Нынче же, когда она по своей глупости и наивности изловчилась в беду угодить, питать доверие к кому бы то ни было окромя самого Лесьяра, стало боязно.

— С полной стипендией, разумеется. За особые заслуги перед конклавом, — продолжил тем временем Добромир, с хитрецой посматривая на парочку. Лесьяр, его бывший ученик, выглядел сейчас хоть и уставшим, но держался настороже. От старика не укрылось, как магик все то время, что они здесь толковали, поддерживал на себе и своей ученице незримый магический щит.

— И контракт будет? — вопросил Лесьяр с сомнением.

— Конечно, господин Раце, все подготовим в лучшем-с виде, — отозвался уже другой представитель конклава, малорослый мужичонка с огромными очками на носу. Он немедля принялся рыться в каких-то папках на столе, перебирая бумаги.

Веська же встрепенулась, фамилию своего избранника она прежде и не слыхивала. Раце, значит.

.. что-то до чрезвычайности знакомое. Припомнить бы только, где слышала. Впрочем, поразмыслить об этом можно позже. А вот разумение грядущего мало-помалу начало просачиваться в уставший девический разум... Она покосилась на Лесьяра, тот кинул взор в ответ, улыбнулся, кивнул. Знать, не брешут?

Точно во сне тягучем, Веша взглядом собравшихся обвела. Разве могла она когда-то себе представить, что ее, простую девчонку с незаурядным талантом к магии, возьмут в академию ведовства, да еще и на довольствие определят?

— Сейчас, конечно, уже заканчивается первый триместр, но, думаю, нагонишь однокашников при должном старании, — продолжил Добромир, уж к ней напрямую обратившись, — если, конечно, примешь предложение.

— Особого выбора у нее нет, — пробурчал Дубраш в свою очередь, смиряя девицу недовольным взглядом, — или академия, или сила будет изъята.

Веселость, что едва только проступила на лице девичьем, сменилась обреченным пониманием.

Выбор без выбора...

— Коллега, вы, как всегда, делите мир лишь на черное и белое, — рассмеялся Добромир и снова поворотился к Весенье, — мы не станем требовать вашего согласия сию секунду, понимая, что вам пришлось пережить.

Думаю, все мы можем подождать до утра.

Дубраш, по всей видимости, не мог, но все же промолчал. Лишь смерил парочку угрюмым взглядом.

— А пока будьте гостями, продолжим за завтраком.

Они поднялись из-за стола, Веська заторопилась следом, стул пренеприятно скрипнул по полу.