Наследник

Мы попали в грозовой фронт, и если нам не повезет, то следующий удар вполне может угодить в карету. Я не погибну — это мне обещала богиня Судьбы, а Ингрид? Встревожено посмотрела на спутницу.

В полумраке кареты ее лицо выделялось на мягких подушках, глаза широко распахнуты, но в них не промелькнуло и тени испуга. Будто она тоже знала, что смерть в ближайшем будущем ей не грозит.

— Дождь, — произнесла я, чтобы хоть как-то развеять молчание между нами.

— В горах дождь летом обычное явление, близость моря сказывается, — тихо отозвалась Ингрид.

Она произнесла эту фразу таким слабым голосом, что я всерьез забеспокоилась о ее состоянии.

— Как вы себя чувствуете? — Я пересела к ней на скамью и положила теплую ладонь на ее лоб.

Прохладный.

— Каждое утро мне тяжело просыпаться и вспоминать о том, что я больше не могу иметь детей, — произнесла она. — Не беспокойтесь, подайте мою сумку.

Я поискала ее глазами и заметила рядом с головой Ингрид. Квадратная сумка из коричневой кожи висела на специальном крючке.

— Успокоительное? — поинтересовалась я.

— Особый состав, — ответила она, — мне целитель сам приготовил. Успокоительное и в то же время для поднятия сил. Тревожиться перестаю, но в сон не клонит.

— А мне можно? — попросила я.

— Волнуетесь? — вскинула она на меня глаза, но пузырек протянула. — Два глотка.

— Волнуюсь, — не стала скрывать и послушно отпила указанную дозу.

— Кетрин, мой муж очень хороший. Все, что нам будет нужно — это убедить его в правильности моего плана. Он никогда вас не обидит, а все сложные вопросы я возьму на себя.

— Госпожа Ингрид, вы же сами толкаете своего мужа на измену, — мягко проговорила я.

— Я много думала об этом. — Она слегка свела брови к переносице. — Физически, в этом ты права, все будет выглядеть как измена, но душой Дрегас останется моим. В его чувствах я более чем уверена.

— Вы странная женщина, — покачала головой на ее слова я. — Собираетесь убеждать собственного мужа, что его измена вас не ранит.

— Кетрин, когда вы встретите своего единственного, то потом сможете понять мои чувства, — улыбнулась она мне в ответ.

— Нет, такого самопожертвования я никогда не смогу понять, — уверенно сказала я.