Белая Роза

— Меня никто об этом не предупреждал!

Я обиженно опустила взгляд.

Меня используют! Нагло!

— Лучше б пошла корабль взрывать, — пробормотала, скрестив руки под грудью.

— Да. У тебя это отлично выходит, — отозвался Вард и улыбнулся краем губ.

Долго же мне это припоминать будут.

— Так. Стоп. Если корабль аристократа уничтожат, то как он вернется назад? — я подняла взгляд на собеседника, который разглядывал небо и парящих там птиц.

— А это уже никого не заботит.

— Сюда же тогда точно заявится Легион, — я растерянно развела руками.

— Но нас уже здесь не будет.

— И почему мне не верится, — пробормотала, обнимая себя за плечи и поворачиваясь спиной к стене, садясь под теплый бок Варда.

Вообще, когда я что-то хочу свести к этим ребятам в военной форме, Ворон ведет себя крайне спокойно, будто и не их агент вовсе. Либо мастер, либо не все тут так гладко. Ведь он уже более года в команде Виктора и никак не может ее разрушить, а наоборот делает ее только сильней, выпинывая слабых и оставляя сильных.

Я с подозрением покосилась на мужчину, который докурил и выбросил сигарету через балкон.

Не мог же он… перейти на сторону пиратов?.. Стать двойным агентом?

Хотя с какой стати он должен палиться передо мной, что имеет отношение к Легиону? Каковы бы ни были наши отношения, это не обязывает его мне все раскрывать и дергаться при слове «Легион», думая, что его вот-вот раскроют.

Я слишком наивна.

Вокруг меня уже давно не необычная сказка. Все вокруг реально, и боль, и кровь, и страдания, как и радость, и удовольствие, и наслаждение.

Не знаю, что за наркотик попал мне в кровь, но я не хочу, чтобы все это кончалось. Не хочу уходить. И пусть с утра я мучилась от выбора и предательства перед человеком, который сидел рядом… но там, дома, он бы вообще не был так близко, да и не знала бы о нем. Таком теплом и внимательном.

— Ладно. Ты же вроде собиралась за покупками? — в шум ветра вклинился голос Варда.

— Угу, — кивнула.

Мужчина поднялся, но не успел сделать шаг, как рухнул из-за накидки, что из-за ветра запуталась в ногах, а я тихо рассмеялась, подавая руку.

— Вот не пойму. Либо ты в детстве получил травму головы, отчего с моторикой теперь у тебя проблемы, либо ты действительно такой неуклюжий, — помогла ему подняться, смотря с улыбкой.

Он обиженно фыркнул и отвернулся:

— А сама-то.

— А я, когда нервничаю, сразу становлюсь невнимательной, — хмыкнула и пошла к лестнице. — Так что не считается.