Белая Роза

Они готовились защитить себя и свой корабль, уверенно выполняя приказы Виктора, который стоял на балконе второго этажа надстройки и руководил. Я выглянула в иллюминатор, оценивая положение, и заметила два больших корабля на хвосте, на главных парусах которых была эмблема серебряного коня, вставшего на дыбы и с рыбьим хвостом вместо задних конечностей. С другой стороны то же самое, только и еще два наших корабля, где плыла армия Виктора. 

Я верила, нет, знала, что мы выйдем победителями, хотя бы из-за наличия Носителей, которые попросту размажут военных, но было страшно за бой.

Бой в море.

В море…

Я захлопнула дверь в камбуз и спустилась в трюм, где на матраце сидел Двейн, закутанный в одеяло. Он поднял на меня вопросительный взгляд.

— Будет бой.

Только и ответила, садясь рядом с ним и обнимая, крепче прижимая к себе. Он обдал руку неестественно горячим дыханием, отчего я обеспокоенно приложила ладонь к его лбу и нахмурилась. Температура поднялась. 

Хоть я ему и дала лекарства из аптечки, да и он сам неплохо справился, подсказывая, что да как, но вот лихорадка все равно начиналась.

Грохот заставил вздрогнуть, а следом дернулся мальчишка, который поднял на меня сонные глаза. Я погладила его по голове, тем самым успокаивая и себя, и его. 

Похоже, перестрелка из пушек началась. 

Корабль слегка покачнулся, а по иллюминатору ударила волна. 

У Легиона недолет. 

Я сидела и смотрела в окошко, куда время от времени била вода, поглаживала макушку сопящего мальчишки и волновалась за союзников, отбивающихся от нападения наверху.

А вскоре раздался взрыв. Знакомый такой. Он заставил встрепенуться, жадно высматривая в иллюминаторе алые блики. И они скоро показались.

Огонь яростно пожирал одно из судов Легиона, который встал к нам боком, но, видимо, залп они сделать не успели, тогда как наши канониры расстарались.

Я осторожно уложила Двейна на постель, теплее обернув в одеяло и поцеловав в лоб, и поднялась, чтобы прильнуть к иллюминатору, восхищенно разглядывая танец бесконтрольного пламени.

Дверь на палубу я открыла с замиранием сердца. Меня терзали сомнения по поводу выходить или нет из своего убежища, но огонь звал.

Команда радостно бегала по кораблю, упоенная сражением и перестрелкой, поэтому на меня никто внимания не обратил.

Все выглядело завораживающим и пугающим.