Жемчужина дракона

И что я вижу?

— Вы сами отправили меня танцевать!

— Но даже когда музыка стихла, ты продолжал обнимать девочку посреди зала, пока на вас не начали пялиться остальные.

— Увлекся, — повинился Эштон. — Я не собираюсь ей докучать.

Потому что с ней не получится легкой интрижки. Может, потом, когда Тесса выйдет замуж…

— А ведь буквально вчера одна их моих придворных дам рыдала и умоляла заставить тебя жениться на ней, — продолжила шпынять его королева, но уже без особой злости.

— Вы же не отдадите меня той, что громче плачет? — равнодушно поинтересовался Эштон.

— Нет, — вздохнула королева. — Одно дело вдовы и замужние дамы. Но если ты начнешь портить юных непорочных дев…

Юная и непорочная дева так и напрашивалась. Но Эш согласно кивнул.

— Я не стану, — сказал он, и королева, уловив его тон, замолчала.

Тесса дра Виен была бессовестно хороша. Раз посмотришь — и взгляд прикипает намертво: яркие ореховые глаза, прямой носик, сочные губки и светлые волосы, мягкость которых хотелось проверить ладонью.

А как она танцевала… Легкая, как перышко, подхваченное ветром, Тесса при этом вызывала вполне ясные и земные желания.

Дра Виен… Надо же… Он обязан ее отцу жизнью.

— Надеюсь, ты не обманешь моих ожиданий, — проворчала королева.

— Даю слово, — сказал Эш и, поднявшись, поцеловал протянутую ему руку, унизанную кольцами.

***

Я шла по коридору, ускоряя шаг, и мое сердце отчаянно билось, словно дикая птица, которую заперли в клетку.

Артур вот-вот объявит о помолвке, а я совсем не уверена, что смогу улыбаться как счастливая невеста. Душераздирающе — так сказал Эштон дра Гарт, и именно так я себя и чувствовала: моя душа рвалась на части, только бы избежать замужества, которое выглядело замечательно, и которого я совсем не хотела.

Я сморгнула набежавшие слезы, смахнула их рукой. Может, поговорить с Артуром еще раз? Я была достаточно откровенна, но вдруг он не понял? А может, это обычные сомнения невесты, и я только зря себя накручиваю?

Шаги приближались и я, растерявшись, спряталась за тяжелую штору. Объяснять кому бы то ни было, почему я в слезах, не хотелось.

Дверь скрипнула, а потом снова закрылась.

— Здесь нас точно не услышат?

Я застыла, узнав голос Артура.