Обсидиановые близнецы

К тому же видели его девочку на ристалище на военных сборах и успели оценить военное искусство, а многие их жены знали, что только благодаря Марго удалось остановить эпидемию, которая забирала в Бездну их детей.

Начать вооруженное столкновение помешал Салог. Киран не знал, какие чувства испытывает к бывшему другу. В тот момент он до Бездны злился на товарища. Тот позволил схватить Марго, забыв об иларской клятве.

Разговор, который начался с драки, закончился глубокой ночью за кубком вина. Салог явился с предложением.

Нападение на «королевский двор» ни к чему бы не привело. Орик мог сотни раз казнить Марго до того, как войско замка достигнет дворца. Да и выцарапать девушку из магически защищенного строения весьма проблематично.

Конечно, Киран все это знал, но не мог сидеть сложа руки, когда любимой женщине угрожала опасность.

Салог сообщил, что в «королевском дворе» так же начались волнения. Маргарита не брезговала оказывать помощь и в селениях соседей, когда Орик самоустранился и спрятался во дворце, страшась болезни.

Кир помнил тот страшный зимний месяц, когда его девочка в изнеможении падала на кровать, не раздеваясь, а ее целительные ладошки светились едва-едва. Он даже ругался, грозился запереть, пенял ей, что она лезет не в свое дело.

А Марго смотрела на него больными глазами и шептала, что не может позволить умирать детям. Исцеляла, забирая на себя болезнь. Похудела за это время. Одна тень осталась. А когда он умолял сделать передышку, только устало отвечала, что она — видгар.

И вот те страшные события принесли свои плоды. Кир всегда знал, что обычные жители Озерного края боготворят его девочку, ласково называют за глаза «солнечной госпожой», провожают восхищенными взглядами, когда она появляется в селениях. И только лорды Симфонии, как обычно не видели ничего дальше собственного носа.

Салог пришел в тот вечер в лагерь и сообщил, что готов предать присягу Орику.

Несколько лордов «королевского двора», почувствовали, что запахло жаренным и присоединились к мятежу против магистра.

Новая междоусобная война не была не нужна никому. Казалось, что не понимал этого только Орик и его прихлебатели.