Дракон медведь и попаданка

Девушка несильна ее руна кристалл, но силу можно копить, на хорошие заклинания.

— Я никогда этого не делала.

— Хуже не сделаете, — женщина прижала руки к груди. — Я прошу...

Если смогу помогу, — кивнула я просительнице, — ждите, переоденусь.

И пошла в сторону нашего жилого корпуса. После того как Малора достали каждодневные зрители, вокруг нашего полигона и корпусов появилась ограда, за которую никого не пускали.

Больница тут называлась «домом скорби», из названия понятно, что редко кто попавший сюда выздоравливал.

Дом скорби находился почти на окраине города.

— Слава, нужно оно тебе, — бурчала на меня Раса, топая рядом.

— Намилуешься еще со своим Неймором, — успокаивала я девушку, — магию нужно все время использовать, чтобы в гильдии ранг поднять, забыла, что Малор говорил.

— Он много говорит, — фыркнула девушка, — в пустоши нам половина, того, что он говорит, не пригодится.

— Ты собралась всю жизнь по пустоши бродить? — Я внимательно посмотрела на девушку.

Дом скорби был небольшим деревянным бараком. Внутри поделенное на секции пространство, занавешенное серыми простынями. Пахнет нечистотами и травами, неприятно.

Женщина, что привела нас, шагнула за первую занавеску, там лежал мальчишка, лет тринадцать. Худое почти хрупкое тело, по коже черными венами пульсирует проклятие. Лекарь, дядька в возрасте вытер лысину грязным платком, засаленная хламида, заляпанная всевозможными пятнами.

— Вы кто такие? Что вам тут надо?

— Это светлейшая, — женщина со злостью смотрела на лекаря.

— Какая светлейшая? Придумают всякое, откуда тут светлейшей взяться дура!

Я не стала слушать злобные высказывания лекаря, дар у него был слаб, а в душе много черноты. Присмотрелась к мальчишке, пытаясь понять, как снять проклятие. В небольшой брошюрке по тварям пустоши, бестиарии, было сказано, что проклятие немощи накладывается при прикосновении или небольшой ранке.

— Раса найди на нем рану, сплошная чернота, не вижу начала, — попросила лекаря.

Раса, немного рисуясь, своей значимостью выпустила свою руну, и зеленая магия полилась на мальчишку.

— Я тут лекарь! — Завопил старикашка. — Не трогать моих больных! Угробите!

— Это ты их угробишь, — вызверилась на лекаря попросившая помощи женщина и ловко оттеснила от кровати с сыном возмущающегося старика.

— Вижу, — Раса наклонилась над мальчишкой и отодвинула рукав, повернула руку. — Тут был прокол.