Сквозь лед и пепел

Сама не знаю, что нас так привлекало в этой кофейне. С виду самое обыкновенное: просторный зал со множеством маленьких деревянных столиков из темного дерева, массивные мягкие двойные стулья-кресла винного оттенка отлично сочетались с внешним антуражем самого кафе. Большие почти до пола окна, выходившие на самую оживленную улицу города. Сводчатый потолок со множеством маленьких встроенных лампочек уютного тепло-желтого оттенка. Хоть это кафе и было в самом центре улицы, но по будням тут всегда было мало народу.

Это успокаивало.

Звякнул телефон, оповещая, что пришло сообщение. Я проигнорировала его. Сейчас я и так чувствовала себя как бомба медленного действия и мне совсем не хотелось, чтобы кто-то (который испортил мне всю жизнь одним лишь ненавистным поступком) подливал мне масло. Звук повторился.

Выругавшись, я все же глянула на экран. Как и думала, сообщение от Оливера. “Прости, малышка, я не хотел делать тебе больно, просто так бывает. Дело не в тебе.

Ну знаешь, в общем ты поняла.” И следом “Не звони мне больше и не ищи встречи со мной. Прощай.” Я с неистовой злостью швырнула телефон на стол и сильно сжала кулаки.

Это он думает, что после всего, что я увидела, там, в баре, буду бегать за ним? Он думает, что я как последняя девочка буду умолять его вернуться? Черта с два!

— Что будете заказывать? — Мелодичный голос официантки заставил на время впасть в ступор. Я перевела на нее глаза. Высокая, с ярко светившимся лицом и удушающей улыбкой.

Вдох. Выдох. Я попыталась улыбнуться. — Если вы еще не выбрали, я могу подойти позже.

— Нет, нет, что вы. — Мне хотелось кричать о несправедливости мира. Но совсем другие слова сами слетели с губ — Мне пожалуйста самых холодный кофе.

***

День медленно клонился к вечеру. Я потеряла счет времени сидя в кафе и попевая третий стаканчик айс-латте, заедая его шоколадным чизкейком. В кафе стали приходить уставшие после учебы студенты, заглянули и работяги, у которых рабочий день уже подошел к концу.

Я глянула в телефон. Три пропущенных от Лесси и один от мамы. Времени и правда было уже много. Разбитое сердце не собрать уже, а вот сидеть и заставлять переживать родных совсем не в моем стиле.

Достав помятую купюру, я вложила ее буклет, в котором принесли чек и отнесла его на стойку. Кассир, проверив содержимое, улыбнулся и пожелал хорошего вечера.

Я вышла из кафе.