Цена колдовства

Они должны впитывать его с первой обители, но взгляните! — Родрик махнул рукой на Вашку и Рута. — Как таких можно учить?!

— Очень просто, — усмехнулся Баюн, — Достаточно отличать неумение слушать, от умения размышлять и делать выводы. Ваши летописи бесполезны без этих навыков. Я мог бы помочь вам, почтенный учитель. Нет, я не прошусь в настоятели, но я могу советовать или кусаться, если кто-то зарывается, — Он обнажил клыки и Родрик поежился.

— Обойдемся без укусов, господин Баюн. Вы изволили выбрать этот облик, так будьте добры ведите себя по-человечески.

— Как прикажете, Ваша светлость, но выслушаете еще кое-что. Ваш друг не предатель. Скорее всего он был зачарован сирин. Его еще можно попытаться исцелить, но не могу обещать. Сначала нужно поговорить. Так что, возьмете меня в обитель, господин учитель?

Родрик раздраженно пожевал губу и отвернулся. Рут посмотрел на графа, он может приказать. Но тот молчал и ждал. Родрик успел хорошо поплясать на его нервах и теперь было важно понять, можно ли доверить ему важное дело, или стоит отослать подальше, раз пришл так кстати предлагает помощь.

—Хорошо, — наконец выдавил из себя учитель и протянул руку Баюну.

—За союз людей и древних, во имя общей истории, — улыбнулся пришл и схватил ладонь Родрика, пока тот не передумал.

— Ваша светлость. — Рут поклонился графу, который недовольно смотрел на объемистую сумку, вряд ли собранную для легкой послеобеденной прогулки.

— Я хочу, чтобы ты остался при мне, — сказал граф.

— Боюсь это невозможно, ваша светлость. Я присягнул иному Господину, и Его воля еще не исполнена. А для вас я стану лишь обузой и посмешищем для ваших гостей. Как бы не были вы лично убеждены в моей преданности и грамотности, никто при дворе не поверит остриженному книжнику.

—Вот. Про что и говорю. Одна сплошная непокорность. — Отрезал Родрик. — Но...ты все-таки спас всех...Мы совершили ошибку, и я готов признать ее.

— И восстановите из пепла мою летопись? Некоторым вещам не суждено повернуться вспять. И я предпочту остаться тем, кем я стал. Свободным человеком, который волен идти куда вздумается.

— Рут, — воззвал Баюн, — ты же герой, в одиночку убивший дракона! Ты спас стольких людей!

— Не я.