Спасти царевну

— Жена графа совсем не умела бороться. В отличие от дочери, — произнесла Ингеборга, как бы намекая, что знает, как именно борется за жизнь юная графиня. — Я и раньше подумывала оставить ей свое состояние, ведь своих детей у меня нет. Правильнее отдать имение дочери Кизгайло, которого я действительно любила, чем умереть, зная, что оно отойдет короне, которая его же и погубила.

— Судя по всему, ты не сомневаешься в личности опальной графини, — подвел черту Киро.

— Пусть мать ее и не умела бороться, девица явно характером удалась в отца, — добавил Борис, так же смекнувший в чем дело.

— Я ценю наше взаимопонимание, — с усмешкой проронила Ингеборга. — Давно хотела принудить вас, наконец, признаться, что вы заставили урожденную графиню Кизгайло лазать по вантам вместе с матросами.

Маркиз с поклоном подал руку Ингеборге, словно желая поскорее окончить беседу.

— Помнится, Вы не раз пытались сманить к себе нашего кока, а значит, будете совсем не против попробовать его новый шедевр до того, как вернетесь на корабль.

— Разумеется! Ваш кок стряпает заморские кушанья, достойные стола самого короля, с той же лёгкостью, что и рыбную похлебку, — произнесла Ингеборга, охотно поднимаясь с кресла.

— Вы даже не представляете, сколько всего любопытного можно найти в казематах у короля Заморского! — поддержал шутливую беседу Борис.

— Увы, после вашего туда визита, больше никому не представится возможность, узнать об этом… — хмыкнула Ингеборга, наслышанная о эпопее, ставшей причиной их знакомства.

— А вот здесь она права, — с пробормотал Киро, провожая гостью до двери.

Маркиз под ручку с Ингеборгой успешно отбыли в кают-компанию. Борис и Палач, оценив обстановку, испарились вслед за ними.

Царевна прошлась по опустевшей каюте, словно раздумывая.

Киро смотрел пристально, не торопясь произносить какие-либо слова, но Милада чувствовала: он обеспокоен. Она хотела сказать, что все в порядке, заверить его, что готова идти до конца, но вместо этого почему-то жалобно выдохнула:

— Мне как-то не по себе… — и, заметив удивление, вспыхнувшее в светлых глазах, отвела взгляд.

Вместо ответа Киро рывком притянул Миладу к себе, прижимая к груди так крепко, что казалось, она не сможет даже вдохнуть.

Но дышать больше было не обязательно. Царевна робко обвила руками талию тени, наслаждаясь непривычным ощущением защищенности.

От его одежды пахло чем-то незнакомым, но в то же время волнующим.