Спасти царевну

— Могу я узнать, к кому склоняется Ваше сердце?

— Мое сердце навечно отдано той, что вручила золотую монету помилованному на площади юнцу…

— И кто же… — в мыслях принцессы молнией сверкнуло почти забытое воспоминание. — Вы… Вы были тем юношей, что защитил старика-торговца. Семья его умерла бы от голода, ведь солдаты требовали куда больше положенного им волей Императора.

Бесстрашный на поле боя Золотой Дракон молчаливо склонил голову, скрывая робкую надежду на истинное счастье.

— Не вмешайся Император, Вы не пережили бы тот день.

— Весь мой путь, был проделан с единственной целью… — медленно произнес Ма Ру, и взгляд его, открытый и прямой поразил принцессу. Так же, как и глаза его, цвета неба перед сильной грозой, в ту далекую, почти позабытую, первую встречу, — вновь предстать перед Вами и быть достойным чего-то большего, нежели жалости.

Сердце прекраснейшей из женщин Востока ликовало, слушая признание.

— Я осмелился сказать Императору, что лишь Вас вижу свой возлюбленной, но получил отказ…

— Возможно, моя благосклонность разрешит недоразумение, — и, видя, что Золотой Дракон желает возразить, принцесса подняла изящную руку, останавливая его.

— Вы сделаете меня счастливейшим из смертных, — Ма Ру снял с шеи монету, что ни мгновения не покидала его груди, и протянул её принцессе.

— Я назначен главнокомандующим и должен буду покинуть город, но я вернусь к Вам, как только исполню волю Императора.

Прекрасная Джи Ай дрожащей рукой накрыла его ладонь — и пальцы их сплелись в прощальной клятве-обещании...»

…Из легенды о Золотом Драконе Империи Востока

Графиня Инга Федоровна Тизенгаузен, бессменная владычица Акульего плавника, уже около часа стояла на набережной, разглядывая пришвартованный к пирсу корабль. «Неуловимый» невозмутимо покачивался на волнах, не теряя горделивой спеси даже в отсутствие своего капитана.

Случайные прохожие стыдливо огибали молчаливую фигуру, ускоряя шаг и отводя взгляды.

Получив наследство, Скоморох подошел к вопросу переделки судна весьма творчески: он сделал "Неуловимый" ровным от носа до кормы, спилив все имеющиеся надстройки. Большая свободная палуба, лишенная бака и юта, позволила разместить дополнительную артиллерию. Много артиллерии. К имевшимся четырнадцати пушкам Скоморох щедро добавил еще двадцать шесть.