Спасти царевну

— Все предусмотрели, — хищно усмехнулся боцман. — Не стоило брать с собой царевну. Сейчас здесь станет шумно.

Время, когда морской бой сводился к поединку двух кораблей и решающий вес имел размер судна и количество пушек, отошло в прошлое. Военная стратегия усложнилась, позволяя с помощью команд объединять корабли в группы, кружащие вокруг противника и атакующие, как единое целое.

Союзники и противники меняли траекторию, менялись местами, создавая вокруг «Александры» невидимый, но смертоносный узор.

Милада упрямо сдвинула брови. Она не струсит. Только не в этот раз. Царевна поискала взглядом Киро. Абордажная команда, скрываясь за снастями, была готова к любым неожиданностям, но тени среди них не было.

— Какого дьявола Ее Высочество все еще на палубе?! — Киро возник на мостике как черт из табакерки. Губы его были плотно сжаты, загорелое лицо несколько побледнело.

— Я должна быть здесь. Как люди могут рисковать своей жизнью ради меня, ежели я сама стану прятаться? — тихо произнесла Милада, понимая, что ежели тень вознамерится убрать ее с палубы силой, она вряд ли сможет как-то ему воспрепятствовать.

Но Киро не стал.

— Как пожелаете, — коротко произнес он. — Держитесь рядом. Не больше полушага от меня. Что бы ни произошло.

Милада кивнула, но тут случилось то, чего никто из них не мог предположить. Еще один корабль наместника, «Дева Лариса», едва ли не в упор разрядил пушки.

И целились они отнюдь не в «Александру». Щепы брызнули во все стороны — «Месть» начала заметно крениться на один борт, теряя в скорости.

— Поворачивай! Сближаемся!

Грянули пушки. Залп «Мести», потерявшей всякую маневренность, не нанес ощутимого урона. Корабли стремительно сходились. Забросив крюки, экипаж «Александры» слаженно подтягивал изуродованное судно, пока то не поприветствовало их глухим стуком.

Матросы из абордажной команды по двое прыгали на палубу «Мести» с высокого борта своего корабля, стремясь присоединиться к бушующему сражению.

Исход боя был предрешен…

Миладе не нужна была даже труба, чтобы наблюдать за ходом сражения. Она подмечала каждую мелочь, стремилась запомнить каждое искаженное мукой лицо, чтобы не забыть цену собственной победы.

— Ежели вы пойдете с ними, им будет легче, — произнесла Милада, поражаясь тому, что именно она говорит.