Спасти царевну

— Но Вы боитесь.

Киро отстранился.

Милада приняла более пристойную позу, чувствуя, как бережно и едва ощутимо поддерживают ее руки тени.

— Порой вы бываете чудовищно недогадливы. Я боюсь не Вас, а за Вас. И Вы еще будете иметь удовольствие в этом убедиться…

— Вы не понимаете, — Киро досадливо мотнул головой, словно отрицая все, что услышал. — Я делал непростительные вещи. Даже нескольких из них, произнесенных вслух, будет достаточно, чтобы Вы никогда больше не подали мне руки.

По губам Милады проскочила тень улыбки.

— Моя семья подняла людей на братоубийственную войну для того, чтобы потом от всего откреститься и бросить преданных им людей на верную гибель. А я… сперва поддержала их, вместо того, чтобы попытаться остановить, а потом испугалась вмешаться.

— Вы были слишком юны, — возразил Киро.

— А кем тогда были Вы?

— Туше, — неожиданно для себя Киро рассмеялся. Похоже, он никогда не думал о своем прошлом в подобном ключе. — А с Вами интересно разговаривать, Ваше Высочество.

Милада сцепила пальцы, борясь с охватившим ее смущением. Будничное замечание тени казалось величайшей достижением.

Ее маленькая победа.

И вот, спустя две декады она стоит на палубе «Александры». За ее спиной флот и грозная тень Императора Востока. Любой ее каприз, может стать законом. Она способна заставить плакать кровью всех тех, кто посмел усомниться в ее положении… но больше не желает этого.

Слишком многое в ее глазах переменилось. Вряд ли когда-нибудь она сможет забыть то, что почувствовала, что поняла, за недолгое плаванье на борту «Александры».

И уж подавно, не скоро сотрется из памяти ее первое морское сражение.

Милада стояла здесь же, у трапа.

Царевна знала, что ей предстоит, и отступать не собиралась, вот только предательскую дрожь в руках унять не удавалось. Она стиснула пальцы, усилием воли призывая их к порядку — тут же задрожали колени.

У парламентеров, отправившихся на встречу с наместником, оставалось совсем мало времени. Развязка неумолимо приближалась.

— Подкатить орудия! — голос графини Кизгайло уверенно разносился по пушечной палубе.

Милада в очередной раз поразилась хладнокровию окружающих ее людей. Вивьен без колебаний откроет огонь, даже зная, что на борту атакуемого корабля неминуемо погибнет ее возлюбленный.